26 Апреля 2017

21.04.2017 - ВЭБ госсредства теряет легко

ВЭБ обратил в убыток все полученные от государства деньги 
подробнее »

18.04.2017 - Нормативы попутали

Как владельцы "Корпорации СТС" Алексей Бобров и Артем Биков свердловское "Облкоммунэнерго" приватизировали задармаподробнее »

17.04.2017 - Глава Минэкономразвития Максим Орешкин за организованный грабёж

Глава Минэкономразвития призвал Центробанк обрушить рубль 

подробнее »

21.04.2017 - 10 членов правления "Роснефти" вознаградили себя на сумму 3,696 миллиарда рублей

Правление "Роснефти" выплатило себе 3,7 миллиарда рублей на фоне падения прибыли вдвое

18.04.2017 - Злоключения с капиталистическим ремонтом

Фонд нуждается в капитальном ремонте.  2017 год начался со скандалов вокруг деятельности регионального оператора капитальных ремонтов

18.04.2017 - Политика направленная на обнищание народа

  Реальные располагаемые денежные доходы населения РФ в марте 2017 года упали на 2,5% по сравнению с мартом 2016 года после падения на 4,1% в феврале, роста на 8,1% в январе, сообщил Росстат.

18.04.2017 - О дарителях и благодарных получателях

 Алишер Усманов и Дмитрий Медведев

17.04.2017 - Медведев нашел 15 миллиардов рублей для подсанкционного крымского банка

Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев подписал распоряжение о выделении работающему в Крыму Российскому национальному коммерческому банку (РНКБ) 15 миллиардов рублей. 

15.04.2017 - В городе, лишённом имени Свердлова, пенсионерку довели до смерти за кражу в "Пятёрочке"

  В Екатеринбурге после приступа в отделе полиции умерла пенсионерка, которую обвинили в краже из универмага "Пятерочка".

14.04.2017 - Реальная бедность в России в два раза выше официальной

Масштаб бедности в России сильно занижен. 

14.04.2017 - Социальные пенсии вырастут на 1,5%

Средний размер социальной пенсии вырастет на 129 рублей  

14.04.2017 - Доля ущерба от финпреступлений обновила рекорд

В прошлом году 76% всего причиненного вреда по оконченным уголовным делам пришлось на финансовые преступления.  

Политучеба » Темы с Форума "Политучеба" » Актуальные дискуссии

Актуальные дискуссии

Версия для печати
ДИАЛОГ ДОМОХОЗЯЙКИ И "ЕЕ" ЗОЛОТО-ВАЛЮТНОЙ КОРЗИНЫ | Деньги | Свобода слова | Развитой капитализм к 2020 году. | 700 ТЫСЯЧ РОССИЯН ИГРАЮТ на БИРЖЕ. | Будем работать - будем дружить! | Бег на месте | КУРИЛКА | Актуальные дискуссии | Дискуссия по НДС

20.07.2008 - Ильенков и судьбы марксизма

Ильенков и судьбы марксизма

Дискуссия с  Форума сайтов rkrp-rpk.ru и rksmb.ru (http://forum.rksmb.org/viewtopic.php?f=3&t=2576&st=0&sk=t&sd=a).

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Ильенков и судьбы марксизма

Добавлено: Чт авг 30, 2007 5:35 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

 Современный вой о «гибели» марксизма, как метода и общественно-политического и экономического учения, звучащий в среде профанов, в жизни не прочитавших ни одного философского текста, нас не интересует. Суди не выше сапога!

Намного интереснее брожение умов, наблюдаемое среди знатоков текстов, которых не обвинишь в безграмотности, но и не заподозришь в симпатиях к марксизму.

«Знатоки» придумали себе из затруднительного положения выход, очень похожий на позицию товарища Бывалова из фильма «Волга, Волга!».

Мы помним, как почтальонша Стрелка в исполнении Любови Орловой показывала ему, что умеют таланты их городка. На что товарищ Бывалов ответил, что так петь и плясать невозможно, и что для этого нужно двадцать лет учиться.

Уже несколько раз за последние годы доводилось слышать, что Ильенков выдумал и Маркса, и Ленина. Что обоим мыслителям (а также, между прочим, и Спинозе) и присниться не могли те тезисы и выводы, которые Ильенков им просто приписал от своего имени. (То же самое говорят и о Лифшице). Этот довод кажется неотразимым, но рассчитан он на дураков.

Допустим на секунду, что так оно и есть. Что «на самом деле» Маркс и Ленин (а также Спиноза) были средней руки политиканы, которым приписаны достоинства гениальных философов.

Но почему же тогда критики, подобно товарищу Бывалову, не слышат и не желают слышать собственного голоса Ильенкова и Лифшица? Почему они не хотят (или боятся?) признать Ильенкова и Лифшица марксистами? Почему они считают их лишь ловкими имитаторами, рекламирующими мнимые достоинства своих учителей?

Говорят, что, будучи обитателями тоталитарного общества, Лифшиц и Ильенков просто не имели возможности ссылаться в обоснование своих построений ни на кого, кроме классиков - Маркса, Энгельса и Ленина, да, пожалуй, еще на несколько почитаемых и допускаемых марксизмом имен, вроде Спинозы и Гегеля. А, живи они в «открытом обществе», ссылались бы на Шопенгауэра и Ницше, Хайдеггера и Сартра, Рассела и Поппера, Мандельштама и Эрнста Неизвестного. Что и предпочитают делать сегодня многочисленные лица, именующие себя их «учениками».

Однако Ильенков, как известно, переводил Оруэлла, а Лифшиц прямо ссылался на Олдоса Хаксли в те времена, когда об обоих писателях у нас и слыхом не слыхивали. Тем не менее, ни тот, ни другой даже в заметках «не для печати» не числили этих писателей среди своих духовных отцов и учителей. Хотя оба прекрасно понимали и принимали тезис Ленина о том, что художник (добавим от себя: и не только художник) может почерпнуть для себя много полезного даже из самой реакционной философии.

Отвергая за недостатком времени и места без обсуждения другие слабые доводы о непричастности Ильенкова к марксизму, мы должны признать его творчество одной из вершин современного марксизма. Более того, перефразируя известное изречение Маркса, мы можем сказать, что анатомия философии Лифшица и Ильенкова есть ключ к анатомии философии Маркса и Ленина. Намеки на нечто более высшее могут быть поняты только тогда, когда это высшее уже известно.

Даже личная судьба Лифшица и Ильенкова ярко отражает судьбу марксизма в ХХ веке. (Но об этом нужно говорить отдельно).

Бывают исторические периоды, говорил Ленин, когда на первый план выходят философские и вообще общетеоретические стороны марксизма. Это периоды преддверия исторических переломов. Позволю себе при этом такую дерзость, как не согласиться в этом вопросе с точкой зрения самого Гегеля. Мне представляется, что он был не прав, утверждая, что «сова Минервы вылетает в полночь», что философия «рисует серым по серому» и способна сказать что-либо вразумительное об исторических событиях только лишь post festum». Образ логических категорий как застывающей и застывшей лавы революционных извержений, без сомнения, очень красив эстетически. Однако он кажется мне слабым с точки зрения логики и истории. Великая французская революция не нуждалась в своей «немцкой теории» уже хотя бы потому, что разразилась после появления этих немецких теорий на свет. Исторически и логически более достоверно, что эта революция имела своих Предчетий в лице французских материализма и Просвещения с Руссо во главе.

Другой вопрос, что буржуазная революция породила новые социальные и теоретические противоречия, остро нуждавшиеся в разрешении. Эту задачу взяли на себя немцы во главе с Гегелем. Но это была уже другая задача. Задача, разрешение которой теоретически подготавливало уже не великую буржуазную, а великую пролетарскую революцию.

Философия вообще, как наиболее обобщенное отраже­ние самых глубинных общественных процессов, выдвигается на первый план не post festum, а в те периоды, когда в обществе уже народились новые силы, ко­торые еще не могут получить непосредственно-практического выхода.

Какие же это новые силы, с нарождением которых я связываю становление Ильенкова-философа?

Эта сила - первое поколение, духовно и физически родившееся, выросшее и окрепшее после победы Октябрьской революции, при реальном, советском социализме. Это поколение так называемых шестидесятников, гражданская и духовная драма которых до сих пор не получила сколько-нибудь адекватного освещения. Если пытаться определить ее пока чисто логически, но это будет драма (или даже трагедия) противоречия идеального и реального.

И их драма есть одновременно драма реального, советского социализма, достойная пера Шекспира, Гете и Пушкина, а не наших слабых усилий объять необъятное.

Великие социальные и экономические перевороты становят­ся необратимыми лишь тогда, когда затрагивают ткань по­вседневности, закрепляются в быту и привычках, нравах и обычаях людей, в нравственном самосознании общества. Как оценить с этой точки зрения итоги послеоктябрьских десяти­летий? Казалось бы, прокатившаяся по стране небывалая вол­на «идейного» и бытового антикоммунизма однозначно свиде­тельствует о полном крахе начатого в Октябре. И все же не будем торопиться с выводами.

За рубежом поражаются, как могут граждане вели­кой страны с таким яростным остервенением рвать, топтать и оплевывать свое недавнее про­шлое.

На Западе не знают ничего подобного, хотя история капита­лизма, а, говоря шире - всей че­ловеческой цивилизации, дает ничуть не меньше поводов для покаяния, чем 70 лет реального социализма. Для того чтобы капиталистический способ производства утвердился, например, на своей родине - в Англии, там потребовалось полностью уничтожить свободное крестьянство, бывшее собственником своей земли, - шекспировских «гордых иоменов», ввести против согнанных с земли «бродяг» террористические уголовные законы, каравшие смертной казнью малейшее покушение на «священное право» частной собственности, широко использовать рабский труд тех же бродяг, заключенных в каторжные «работные дома». Вялая, тянувшаяся два с половиной столетия буржуазная революция в Германии несколько раз буквально опустошала страну, уменьшая ее население более чем наполовину. Я уже не говорю о массовом терроре Великой французской революции.

Вот почему, когда слышишь, что мы «отклонились» от пути мировой цивилизации и нужно, мол, «возвратиться» в нее, становится и смешно, и грустно. Да, не было у мировой цивилизации учеников более прилежных, чем люди, вынужденные были защищать независимость России посредством строительства в ней социализма! Дорогу индустриализации страна прошла точно по хорошо укатанной за предыдущие триста лет колее, повторив все ее ломающие судьбы миллионов людей изгибы: ликвидация свободного крестьянства, террор, эксплуатацию рабского труда заключенных.

Так почему же «цивилизация» в отличие от нас не кается и не кликушествует, хотя среди ее духовных вождей немало серьезных критиков и реформаторов капитализма? Проще всего было бы ответить, что «Запад» не кается, потому что принесенные и принятые им жертвы окупились, ну а нам, оставшимся у разбитого корыта, сам бог велел замаливать грехи. Но не стоит так уж унижать людей, приписывая им недостойную человека людоедскую мораль: «Если я ем других, это добро, а если меня едят,- зло». А если бы мы жили сегодня не хуже «Запада», разве суд над прошлым был бы излишен, а сталинская эпоха великих жертв получила бы отпущение грехов от сытого желудка?

Для подлинно нравственного сознания важен вопрос не о том, насколько успешен или неприемлем конечный итог цепи насилий, именуемой всемирной историей, а о том, неизбежно ли путь к добру пролегает через зло.

Классический буржуазный гуманизм в общем и целом отвечает на этот вопрос утвердительно и ищет примирения с теми общественными противоречиями, благодаря которым зло выступает в качестве превратной, но необходимой формы и даже движущей силы прогресса. Эту позицию с наибольшей полнотой и откровенностью выразили духовные отцы буржуазной цивилизации - экономист Рикардо и философ Гегель, которому принадлежат такие примечательные слова: «обращаясь к конкретному рассмотрению дьявола, мы вынуждены будем показать, что в нем есть утвердительное - сила характера, энергия, последовательность». Сюжет, всесторонне разработанный в мировой литературе от «Фауста» Гете до «Мастера и Маргариты» Булгакова.

Но, кроме этой точки зрения, признающей, по выражению Белинского, наличное состояние мира «если не всегда утешительным, то всегда необходимо разумным», существует и более высокая, не довольствующаяся верой в итоговый разумный смысл действительности, стихийно и окольными путями возникающий из исторической бессмыслицы. Она лежит в основе социалистических и коммунистических учений во всех их утопических и научно обоснованных версиях.

Коммунизм как система идей не пытается ни романтически отрицать действительность, ни идеалистически приукрасить ее. Он видит всю жестокость жизни и не отвергает купленных ужасной ценой плодов прогресса. Но он отказывается признать такое положение вещей вечной нормой, ищет дорогу к иным, более человечным формам развития к собственно истории человечества в отличие от ее «предыстории» (Маркс).

На это возразят, что такие реальные и вымышленные революционеры, как Марат и Бакунин, Петр Верховенский и матрос Железняк, полагали возможным и даже необходимым срезать миллионы голов ради благополучия народа и что в жизнь, а точнее в смерть, воплотились именно их намерения, а не прекраснодушные мечтания социалистической интеллигенции.

Отвечу, что Верховенский и Железняк повторили здесь постулат именно буржуазной, «маратовской» революционности, которая присутствовала в Октябрьской революции и в последующих событиях.

Но рядом, в драматическом взаимопереплетении с «бессмысленным и беспощадным» бунтом взбесившегося мелкого буржуа, жила и развивалась принципиально иная, собственно социалистическая революционность, которая, не отрицая вынужденного насилия, не допускала любования им, возведения в абсолют.

Да, социализм, впрочем, как и все предшествующие ему общественные формации, возникает из жертв и насилия, из крови и грязи. «Долгие муки родов», о которых писали Маркс и Ленин, ссылаясь на «Записки врача» Вересаева, - не пустая метафора. Но вместе с тем это первый в истории строй, который объективно заключает в себе отрицание «нормального» кровавого пути прогресса, делает моральное неприятие такого пути достоянием массового сознания.

И когда многочисленные мои соотечественники на все лады поносят социализм, они, сами того не замечая, подтверждают его победу. Победу, которая по своему значению не уступает великим экономическим переворотам. Столь беспощадную и безоглядную критику собственного прошлого и настоящего могли предпринять только люди, воспитанные социализмом, вошедшим в их плоть и кровь, ставшим инстинктивным убеждением подавляющего большинства народа. Оставаясь материально еще в зачаточном состоянии, социализм уже победил морально.

Победил, но в какой же парадоксальной, трагически противоречивой форме! Через свое собственное отрицание, через вспышку антикоммунизма и ретроградных иллюзий! Это вам не «овес растет по Гегелю», чему учили в школе и институте,- здесь настоящая диалектика в ее, быть может, наивысшем в XX веке напряжении.

Самой распространенной отмычкой, с помощью которой проникали в наши души, стала всесветно знаменитая цитата о том, что высшая общественная гармония не стоит слезинки хотя бы одного только за­мученного ради нее ребенка. Большинство цитирующих приписывало и продолжает приписывать этот тезис лично Ф. Достоевскому. И лишь немногие, например Н. Бердяев, подчеркивали, что принадлежит он нравственному антиподу писателя - Ивану Карамазову, умственному аристократу, нашедшему в нем моральную санкцию вседозволенности и отцеубийства.

Достоевский же, наоборот, шлет нам из прошлого свое предупреждение о том, что возможна чудовищная подмена понятий, нравственная ловушка. Он подробно, «химически точно» анализирует, как эта абстрактно-гуманистическая истина становится в руках Ивана все более отвлеченной и софистичной, пока не вырождается наконец в смердяковщину - в лакейский суд над действительностью, в лютую ненависть к России, ко всякому проявлению духовной, национальной самобытности.

Опыт Ивана Карамазова повторился в массовом масштабе. Под видом «духовного раскрепощения» народу навязали смердяковские «идеалы», они тиражированы в миллионах экземпляров, в тысячах часов радио- и телевещания. Под флагом «гуманизма» обличители Павлика Морозова устроили такую пляску на отеческих гробах, какая не снилась и самому Смердякову. На ее фоне бесконечное словоблудие об освобождении из рабства тоталитаризма не более чем циничная насмешка. Наоборот, делается все для того, чтобы освобождение осталось чистой фикцией, ни в коем случае не переросло в реальный суверенитет народа.

Вся хитроумная подлость замысла заключена в том, что он построен на утилизации лучших и благороднейших человеческих чувств, что нелегко сразу разобраться в его циничной сущности. Ведь совесть при всем своем юношеском максимализме и непримиримости к злу сугубо непрактична, неопытна в махинациях, доверчива и может благодаря этому стать жертвой бесовского соблазна, морального оборотничества. «Ибо многие придут под именем Моим, и будут говорить, что это Я, и многих прельстят», - предупреждал Иисус своих учеников.

Лично я не сомневаюсь, что утилизаторы народной совести в конце концов потерпят неминуемый крах. Но важно, когда и как это произойдет, какими еще физическими и духовными жертвами будет куплено прозрение. Нужно понять, что с нами происходит, почему вновь и вновь становится возможной грязная игра на самых чистых чувствах

Н. Бердяев, глубоко размышлявший над аналогичным вопросом, видел выход в христианском смирении. Не нужно, мол, делать богу «историю» по поводу слезинки ребенка, ибо «рационально постигнуть в пределах земной жизни, почему был замучен невинный ребенок, невозможно. Сама постановка такого вопроса - атеистична и безбожна». Нужно верить в глубокий, сокровенный смысл всех страданий и испытаний.

Итак: либо в мире вовсе нет смысла - либо он потусторонен. Либо смердяковщина - либо вера и упование на загробную справедливость... Многих ли удовлетворит такая альтернатива?

Вопросов больше, чем ответов. И мне кажется, мы будем увязать в них все безнадежнее, если не преодолеем чисто карамазовскую абстракцию морали, прикрывающуюся ныне ярлыков «общечеловечности» точно также, как недавно она прикрывалась ярлыком «классового подхода». Чтобы абстрактные идеалы не были вновь обращены во зло и разрушение, они должны был наполнены конкретным содержанием, проистекающим из родника народной мудрости и опыта. Иначе мы обречены переживать свою трагедию вновь и вновь.

Таким образом, реальный советский социализм был сражен не военной или экономической мощью Запада. Его гибель была связана не с утратой социалистического идеала, а, наоборот, с его победой и укоренением в общественном сознании. Социализм сам научил людей предельной бескомпромиссности. И он рухнул в столкновении с общественным идеалом, им же самим созданным, произросшем на его собственной почве.

Именно так «процесс пошел» в первые годы «перестройки», когда нынешние правые называли себе не как-то иначе, а «левыми».

Разумеется, это была карамазовская ловушка. Но она не имела бы ни малейших шансов на успех, если бы не ориентировалась на реальность - на реальный факт моральной победы социализма.

Об этом свидетельствует то обстоятельство, что критика сталинского периода нашей истории была начата именно с точки зрения «человеческого лица социализма», а не с точки зрения «утробы», не с точки зрения «колбасы».

Это было сделано потому, что: во-первых, «колбасе» совершенно наплевать, сколько жизней будет загублено ради того, чтобы от нее ломились прилавки магазинов; и, во-вторых, потому, что при Сталине прилавки от колбасы ломились, как и сегодня. Ломились не от изобилия, а от равновесия спроса и предложения, так как Сталин разбирался в законах рынка немножко лучше, чем все нынешние «реформаторы» вместе взятые. По обычной иронии истории получилось, что как только Хрущев выдвинул лозунг «колбасного социализма», колбаса начала катастрофически исчезать с прилавков.

Это обстоятельство обязывает помнить о том, что все годы Советской власти рядом с социалистическим идеалом рос и другой - идеал «колбасного социализма», нашедший себе даже официальное выражение в хрущевской Третьей Программе КПСС, принятой XXII партийным съездом. Эта программа фактически отождествила социализм с «обществом всеобщего потребления». И надо отдать должное мыслящей части общества тех лет: этот, выдаваемый за «коммунистический» идеал был подвергнут тогда же жесточайшей критике. Например, братьями Стругацкими в романах «Хищные вещи века» и «Понедельник начинается в субботу» - в образе «всестороннего потребителя», созданного убогой фантазией профессора Выбегалло, в портрете которого явно проступают хрущевские черты.

Но и настоящий социалистический идеал все же не висел в воздухе. Он опирался на реальную основу - экономическую и социальную. И, как только эта реальная основа была подорвана и стала быстро разрушаться в начале 90-х годов, началось и тотальное разрушение самого этого идеала. Именно тогда правые рискнули сбросить с себя «левые» маскхалаты.

Да, идеал и реальность расходились, но в этом обстоятельстве не содержалось еще ничего необычного. Идеальное и реальное суть по своей логической природе диалектические противоположности, не могущие по определению существовать иначе, как в единстве и борьбе. Поэтому идеал может выражать реальность только в качестве ее противоположности, хотя и вырастает из нее. Идеал есть всегда самокритика реальности. Но в нашем случае эта самокритика переросла в саморазрушение.

Требование непосредственного совпадения общественного идеала и общественной реальности привело к разрушению и того, и другого. Никому не было дела до того, что, будучи противоположностями, идеальное и реальное могут сочетаться, как говорил Ленин, по-разному: «симфонически» и «какофонически».Советский социализм рухнул именно вследствие того, что противоречие идеального и реального не нашло «симфонического» разрешения, зашло в исторический тупик. У нас получилась именно «какофония», причины которой мы не имеем здесь времени и места подробно разбирать.

Непосредственное совпадение идеального и реального достигнуто сегодня только в капиталистическом обществе «всеобщего потребления». В нем духовная сторона жизни общества прямо отождествилась с материальной. И при этом не материальное поднялось до идеального, а, наоборот идеальное упало до материального. «Гармония», таким образом достигнута, но вместе с тем утрачено противоречие как внутренний источник развития. Такое «абсолютно гармоничное общество» может существовать только за счет материальной подпитки извне. Что оно и делает, именуя этот процесс «глобализацией». Думаю, не нужно доказывать, что для России подобный путь исключен в силу слишком хорошо известных обстоятельств.

Возвращаясь к прерванной нити, мы видим, что новые общественные силы, составляющие моральный потенциал социализма, оказались еще очень слабы, и так до сих пор и не получили полного, свободного исторического выхода. Ни в период великой очистительной бури 30-х годов, когда начинал Лифшиц, ни в период «оттепели», когда работал Ильенков ни, тем более, в период «перестройки», до которой оба мыслителя, к несчастью или к счастью, не дожили. Гибель героев подобна заходу солнца, а не концу лопнувшей от натуги лягушки.

Однако присутствие этих сил в историческом процессе обозначено и закреплено теоретически. Закреплено именно Ильенковым и Лифшицем.

Ильенков доказал, что идеальное не есть состояние нейродинамических систем в голове «двуногого животного без перьев». А Лифшиц, как мы знаем, доказал еще большее: что идеальное не есть состояние «общественной физиологии». Ни нейрофизиологического, ни социологического рабства в жизни сознания не должно быть (хотя и бывает).

То есть состояние марксизма не есть состояние мозгов данного индивидуума и даже не состояние коллективного сознания данного общества в определенной точке исторического развития. Это состояние «мирового разума», взятого как общий вектор всего материального и духовного развития человечества на всем промежутке своего развития от предыстории к истории.

Оперируя таким масштабом, мы не можем не заметить тяжелейшего кризиса именно наличного состояния общества и соответствующей ему идеологии. Апофеозом этого кризиса стало 11 сентября, когда акт Возмездия, то есть акт высшей исторической справедливости совершился в крайне неразумной, варварской, несправедливой форме. «Разум существовал всегда, только не всегда в разумной форме» - записал за 157 лет до этого события Карл Маркс.

Философия выступает на авансцену истории именно тогда, когда стихийная разумность действительности достигает в своей произвольной игре своих крайних, предельно неразумных форм. Все формы философского иррационализма - от античных до современных - видят в этом торжестве неразумия конечную мудрость Вселенной. Поэтому они крайне болезненно воспринимают любое (особенно теоретическое) проявление Разума, который приходит именно как орган разрешения этих противоречий, в которых, казалось бы, совершенно безнадежно увязло человечество.

Отсюда судорожные попытки затоптать любые ростки здравого взгляда на противоречия действительности. Взгляда, видящего в полном развитии противоречий залог их разрешения.

Разум отнюдь не гибнет и не сдает свои полномочия всевозможным формам неразумия в тот момент, когда противоречия развития становятся неразрешимыми. Наоборот, потребность в разуме и необходимость его полного проявления возникает именно в момент наступления полной неразрешимости противоречия налично существующими средствами логики.

Такая новая логика, превосходящая по мощности старую формальную логику, была создана немецкой классической идеалистической философией, чьи усилия были завершены Гегелем.

Однако противоречие требует разрешения не только в сфере логики, не только в голове, но и в действительности, но и в реальной действительности, в сфере жизни и деятельности общества, общественного человека. Такой задачи Гегель не разрешил - да и не мог еще разрешить, поскольку для этого еще «наличного материала». Он разрешил противоречия в голове, но в реальности это вылилось в прусскую сословную монархию как завершение земного пути абсолютной идеи. «Противоречие метода и системы» Гегеля, о котором писал Энгельс, есть, по сути, противоречие идеального и реального, теории и практики.

Разрешение этого противоречия не есть уже чисто теоретическая задача. Решение ее начал Маркс и продолжил Ленин.

Великая заслуга Ильенкова в том, что он вычленил и осветил логическую сторону практического дела Маркса и Ленина. Но этим его заслуга не исчерпывается.

Философия, повторюсь еще раз, не рисует серым по серому. Наоборот, она предваряет практическое разрешение вновь народившихся противоречий теоретическим их разрешением. Но, в силу сугубо идеологических причин, которые мы попытались выше обрисовать, философия воспринимает эти противоречия как противоречия прошлого, а не будущего.

Каково же место Ильенкова в развитии философии марксизма?

Исходя из вышеизложенной гипотезы, он не может быть признан всего лишь представителем «совы Минервы», то есть завершителем логического строя победы октябрьской революции и первых ее лет. Он принадлежит к той волне теоретиков, которая формулирует новые задачи.

Я рискну назвать Ильенкова «Гегелем середины ХХ века» - тем, кто подытоживает результаты предыдущей революции и формулирует в сугубо логической форме проблемы новой, назревающей революции, до реализации которой они (теоретики), как правило, не доживают.

Ильенков встал в ряды тех немногих теоретиков, кому выпало быть выразителями новых противоречий нового общества, о которых Ленин, по определению, не мог иметь никакого понятия, и о которых Сталин успел приобрести лишь смутное понятие.

Место Ильенкова в истории марксизма определяется не только логически, но хронологически, поскольку хронология обнаруживает здесь известную повторяемость. Можно составить хронологию, исключив из нее спорные фигуры и оставив только бесспорные.

Руссо родился в 1712 году (Дидро в1713).

 

Гегель родился в 1770 году.

 

Маркс родился в 1818 году (Энгельс в 1820).

 

Ленин родился в 1870 году.

 

Ильенков родился в 1924 году.

 

Итак, разрывы между ними следующие: 58-57, 46-53, 52-50 и 54 года. Среднее арифметическое - 52,7 года. Это не нумерология, это - признаваемая демографией продолжительность жизни двух поколений. История мысли расцветает через раз, прыгает через одно поколение.

Отсюда следует не вполне утешительный вывод для всех учеников Ильенкова: «Богатыри, не вы!».

Следующий теоретик находится не среди нас, но он уже родился приблизительно в 1924+53=1977 году. Возможно, он обретается среди ваших студентов или аспирантов, а может быть мы его не заметили.

Сколько осталось его ждать? На днях, ибо расцвет приходится на 25 лет, следовательно, на 2002-2007 годы. Скоро!

Обидно нам всем, родившимся в промежуточном поколении, но утешением может служить только то, что к этим «промежуточным» поколениям принадлежат люди тоже не последнего десятка, родившиеся в известной «противофазе» поколению философов: Шекспир, Гете, Пушкин, Лифшиц...

Александр Фролов.

Бунтарь   

Заголовок сообщения: Добавлено: Ср ноя 07, 2007 12:27 am 

 Зарегистрирован: Сб ноя 12, 2005 12:05 pm

Сообщений: 259

Откуда: Мировая Коммуна  Ильенков никакой не "великий марксистский философ", а типичная советская политическая проститутка, а его "философия" - просто неогегельянская тухлятина. Например, в 50-х годах он хвалил Мао Цзэдуна как марксиста, и цитировал его в своих работах:

"Мао Цзэдун, стоящий на почве марксистского, диалектико-материалистического понимания проблемы мышления, логической формы, ступени познания, указывает ..." ("Некоторые вопросы материалистической диалектики...." 1953 г.)

Когда же началась "великая полемика", и линия КПСС приняла ярую антимаоистскую направленность, Ильенков принялся ругать Мао Цзэдуна и открыто издеваться над его учением, прикрываясь фиговым листком ревизионистской софистики:

"Стоит хотя бы бегло прочитать философские сочинения Мао Цзэ-дуна, чтобы убедиться в том, что в них при всем желании невозможно обнаружить никакой опоры на вековую марксистскую традицию" ("Диалектика или эклектика?" 1968)

Доживи Ваш кумир до горбачевско-ельцинских времен, он бы перешел в лагерь антикоммунистов вместе с Ракитовым, Ципко, Яковлевым и прочими экс-"ревнителями марксизма-ленинизма". Это можно сказать со 100% уверенностью. Конечно, хорошие моменты в его творчестве тоже есть - например, борьба против товарнической ереси Кронрода. Но в целом его философия - сплошная идеалистическая гегельянщина.

________________

"Всякий антикоммунист - собака"

Жан Поль Сартр

 

Последний раз редактировалось Бунтарь Ср ноя 07, 2007 6:44 pm, всего редактировалось 1 раз.

 

Обличитель

Почётный провокатор

цитировать

Регистрация: 01.03.2006

Сообщения: 878

 Когда: Ср Ноя 07, 2007 12:37 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 Так, одного из пяти марксистов ХХ в. коммунисты уже ругают. Так, глядишь, и до Ленина доберутся.

  

Дмитрий КУЗЬМИН

 Регистрация: 01.09.2005

Сообщения: 1506

Откуда: Питер

 Когда: Ср Ноя 07, 2007 1:11 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 Да уж!

_________________

Все о левой молодежи Питера на одном портале - http://rksm-b.narod.ru/

 Обличитель

Почётный провокатор

 Регистрация: 01.03.2006

Сообщения: 878

 Когда: Ср Ноя 07, 2007 1:40 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 

Так вот! 

  Племянник Рамо

 

Регистрация: 11.11.2005

Сообщения: 433

 Когда: Чт Ноя 08, 2007 7:10 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

Бунтарь

Марксизм без "гегельянства" - это в лучшем случае мышление на уровне натурфилософского ученического труда Ленина "Материализи и эмпириокритицизм" (хотя Ильенков едва ли согласился бы с этой оценкой), в худшем - на уровне безграмотных писаний советских "диалектических материалистов", что уже ниже "порога" всякого мышления. В лице Ильенкова и других немногих Маркс (а не идеологизированный "марксизм") - продолжатель линии классического европейского рационализма сохранил себя в XX веке. Как и сама эта линия (от Платона - до Гегеля).

 

И еще, убедительно прошу Вас придерживаться правил научной дискуссии, используя подобающую лексику и аргументацию.

_________________

Будьте реалистами - требуйте невозможного.

  

Обличитель

Почётный провокатор

 Регистрация: 01.03.2006

Сообщения: 878

 

 Когда: Чт Ноя 15, 2007 1:30 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 Ну все, Племянник Рамо, нары на Лубянке Вам обеспечены....

За идеализм-оппортунизм и дятельность на пользу иностранных разведок.

--------------------------------------------------------------------------------

Обличитель писал(а):

Так, одного из пяти марксистов ХХ в. коммунисты уже ругают. Так, глядишь, и до Ленина доберутся.

 

 

Это кого? Ильенкова?! Это не ругань, а критика!

_________________

Слово нас объединяющее - "ТОВАРИЩИ", В. В. Маяковский

 

 Бунтарь

 Регистрация: 12.11.2005

Сообщения: 212

Откуда: Мировая Коммуна

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 2:02 am    Заголовок:   

 

--------------------------------------------------------------------------------

 Племянник Рамо

Вы, как и все "гегельянские марксисты" очевидно не видите разницы между марксистской и гегелевской диалектикой. Тот же Ленин, о работах котрого Вы отозвались так нелестно, в отличие от Вас, марксистскую и гегелевскую диалектику различал. В принципе, отождествление марксистской и гегелевской диалектики характерно (за редким исключением) для советского марксизма в целом. В то время господствовал взгляд, что Маркс заимствовал из системы Гегеля диалектический метод, механически "переставив его на материалистическую почву" без изменения внутренней сущности. Но это справедливо только для ранних работ Маркса. В действительности марксистская и гегелевская диалектика различаются между собой. Альтюссер совершенно верно отмечал, что подобный гегельянский подход приводит к "радикальной редукции" марксистской диалектики, к экономизму и технологизму, то есть к вульгаризации марксизма. Что и произошло с советским марксизмом, который превратился в большинстве своем в "вульгарный истмат и диамат" (пользуясь терминологией Кара Мурзы). Ильенков же с Лифшицем представляют собой подвид этой же философской традиции, с большим уклоном в гегельянскую идеалистическую гносеологию. Как писал советский философ Гулыга о советских марксистах: "у нас есть серьезные философы - небольшое количество кантианцев (к ним он относил и себя), есть гегельянцы (Э.В.Ильенков и другие), экзистенциалисты (он назвал Э.Ю.Соловьева и П.П.Гайденко), есть немало позитивистов и один платоник (А.Ф.Лосев)". Вы же, называя себя продолжателем линии "от Платона - до Гегеля", ставите себя в ряды идеалистов. Откуда такая любовь к платонам, кантам и гегелям? Марксисты ведут свою философскую линию не от Платона, а от материалистов Демокрита (книги которого Платон призывал сжечь) и Гераклита. Вам же, по духу более близок не столько Ильенков, сколько Лосев.

_________________

"Все на свете боится серьезного подхода, а коммунистам больше всех присущ такой подход."

 

Председатель Мао Цзэдун

 

Последняя редакция: Бунтарь (Вс Ноя 18, 2007 2:42 am), всего 2 правок  

Публицист   Заголовок сообщения: Э.В.ИЛЬЕНКОВ И РУССКИЙ АКАДЕМИЗМ

Добавлено: Пт ноя 16, 2007 12:25 pm 

 Зарегистрирован: Чт мар 01, 2007 7:30 pm

Сообщений: 94

Откуда: Екатеринбург  (к 80-летию со дня рождения философа)

 

Если верно, что, вступая в 3-е тысячелетие, Россия не собирается отказаться от себя самой, то 21 век обречен на новые и новые подтверждения русской «всечеловечности», дистинктивно-дискриптивно оформленной еще А.С. Пушкиным, П.Я. Чаадаевым и Ф.М. Достоевским.

...Из беспощадного столкновения русского и немецкого национального Гения, как известно, родился знаменитый АКМ. Совсем недавно НТВ показало нам сюжет о том, как пятилетний палестинский малыш, обхватив обеими ручонками АКМ, громко кричит: «Я хочу автомат Калашникова! Я хочу автомат Калашникова!».

Зато несколькими минутами ранее, веселые болгарские детишки, подпрыгивая и весело смеясь, в виду своего Симеона, наперебой кричат: «Мы хотим царя! Мы хотим царя!».

Именно всечеловечности русской души по силам, не впадая в тот или иной нервный срыв, освоить и гармонично выразить эту реально оформившуюся р а з в и л к у исторических путей в уже наступившее будущее...

Но, как?

Духовно-психологическая конституция, востребованной нынешнем человечеством современной, русской души, ярко и надежно, на наш взгляд, представлена такими русскими именами, как А.Ф. Лосев, Э.В. Ильенков и В.В. Кожинов.

Каждый из них – это, в буквальном смысле слова, СОСТОЯВШАЯСЯ Россия!

Свою конгениальность тому и другому авторам В. В. Кожинов заявлял и обосновывал не раз, прежде, чем покинул нас в 2001 году.

А.Ф. Лосев, всей своей жизнью и творчеством, осуществил синтез между классической русской и классической греческой стихией, попутно найдя действительное место классической цивилизации Запада («Гуманизм – гора трупов»). Его «История античной эстетики» и «Эстетика возрождения» - тому блестящий пример.

Э.В. Ильенков, в своей «Диалектической логике», чью методологию («мыслить самими фактами») В. Кожинов блестяще применил в монументальном 3-х томнике («История Руси и русского слова», «Россия: век ХХ (1901-1939)» и «Россия: век ХХ: (1939-1964)», осуществил бесспорный синтез русской и классической марксистской мысли XIX – XX веков. Оговорив условие, что и то и другое – это «именно мысль», а не псевдоинтеллектуальный блеф либо номенклатурно-бюрократический обман.

И тот, и другой и третий доказали и продемонстрировали не раз: настоящий русский человек, готовый и способный вынести синтез веков и тысячелетий, всегда ежесекундно стоит перед актуальным жизненным выбором: сытость или Правда; Бытие или реальность; социальное животное или Человек?!

Сегодня оголтелый карьеризм, находящийся на бесстыдной службе у своекорыстия и у культа личности ближайшего начальства, и дальше толкают человечество по пути палестинского карапуза, обнимающего русскую гениальность за рожок его АК. И если русские герои мысли правы, то академическое мародерство на службе у карьеризма, ведущее человечество в не-бытие (µή ον), воистину бессильно перед максимами истинно русского бытия (οντος ον) :

 

- мыслить мыслью! (Э. Ильенков).

- мыслить фактами! (В. Кожинов).

- воистину мыслить людьми! (А.Лосев)

 

Колоссальный жизненный Предмет, который прекрасно персонифицировали все они, мы уже поименовали словом «состоявшаяся Россия». Однако, в специальном смысле этого слова, его можно определить как «аутентичную академическую стихию». Точнее, «Русскую Академию». А в смысле всемирно-историческом, как жизненную Истину человеческого Бытия.

Стихия эта – фактитчность мыслимо - мыслящего и мысляще - мыслимого Человека – принципиально не сводима ни на один из отвлечённых (абстрактных) моментов своей конкретной целостности. Своей живой жизненности!- иначе говоря…

Типичнейший пример сей «мертвящей абстракции» – знакомый каждому из нас фетишизм факта. Вот что сказал по этому поводу (буквально в день и год своей кончины) А.Ф.Лосев: «Меня, как и всех, всегда учили: факты, факты, факты, самое главное – факты. От фактов – ни на шаг. Но жизнь меня научила другому, я слишком часто убеждался, что все так называемые факты всегда случайны, неожиданны, текучи и ненадёжны, часто непонятны, а иной раз даже и прямо бессмысленны. Поэтому мне волей-неволей часто приходилось не только иметь дело с фактами, но ещё больше того с теми общностями, без которых нельзя было понять и самих фактов. И вот та реальная общность, те священные предметы, которые возникли у меня на путях моих обобщений: родина, родная гимназия, которую я кончил ещё до революции, единство филологии и философии, Кирилл и Мефодий, как идеалы и образцы этого единения». (Цит. по: «ДЕТСТВО. ОБРАЗОВАНИЕ. БОГОСЛОВИЕ и КУЛЬТУРА. Возрождение софиологии и софиология возрождения на Урале. Екатеринбург, 1998, с.61.)

Но священным предметам Жизни угрожает не только это. Грозит ей и нарочитый вербализм мысли (Э.Ильенков любил повторять слова Л.Фейербаха: «если бы мысль и слово непосредственно совпадали, то самые большие болтуны были бы самыми великими мыслителями!»). Грозит и вездесущий фетиш «Закона… без Благодати», который, по В. Кожинову, оставляет под запретом уже и самую фактическую жизнь.

Только «нужные слова», только «разрешенные факты»! Только – политкорректно! – вот его вопиющий девиз.

Не «НОМОС», но «Л О Г О С»! То есть, бытие как благодать! – вот, в свою очередь, девиз русского академизма, не согнувшего выю перед вездесущим академическим мародерством современных «социальных животных», занимающихся «метафизикой»… Чьими неутомимыми усилиями была организована (всё ещё продолжающаяся) травля и Лосева, и Кожинова, и Ильенкова.

… Ф И Л О-логическое отношение к русской жизненной стихии, к национальной гениальности, в нынешнем нашем Отечестве означает следующее: во-Истину предметна не столько «русская цивилизация», её «социум», сколько «русский СОФИУМ». Реальность Русского Логоса, иначе говоря.

Самый свежий пример «борьбы за Логос» на почве современного образования (призванного отделить и защитить людей от социальных животных!) даёт РЕЗОЛЮЦИЯ II Российского философского конгресса “XXI век: будущее России в философском измерении» (см.: «НАУКА УРАЛА», декабрь, 1999, № 23).

Её суть: образование должно быть не столько высшим, сколько полным. Высшее образование вместо полного – это всего лишь современная формула н е о б р а з о в а н н о с т и.

Образование без …логики, ведёт к диплому… вместо образования. Его результат – катастрофа для личности и для общества.

Это видно «даже по фактам»…

Ибо это – воистину так!

 

ОПУБЛИКОВАНО: В.А.МОЛЧАНОВ «К 80-летию Э.В.ИЛЬЕНКОВА: доклад к VI Международной научной конференции «Ильенковские чтения – 2004». Екатеринбург-Москва, 2004 г. с.29-30.

 

http://rpr.ur.ru/article/AkaIl.doc

© Политучеба. Екатеринбург, 2007.

При полном или частичном использовании

материалов ссылка на http://rpr.ur.ru обязательна.

 

 Alexbyka

Регистрация: 14.11.2006

Сообщения: 152

Откуда: Киев

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 12:30 am    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 Обличитель писал(а):

Так, одного из пяти марксистов ХХ в. коммунисты уже ругают. Так, глядишь, и до Ленина доберутся.

 

Это кого? Ильенкова?! Это не ругань, а критика!

_________________

Слово нас объединяющее - "ТОВАРИЩИ", В. В. Маяковский

Бунтарь

 Регистрация: 12.11.2005

Сообщения: 212

Откуда: Мировая Коммуна

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 2:02 am    Заголовок:   

 

--------------------------------------------------------------------------------

 

Племянник Рамо

Вы, как и все "гегельянские марксисты" очевидно не видите разницы между марксистской и гегелевской диалектикой. Тот же Ленин, о работах котрого Вы отозвались так нелестно, в отличие от Вас, марксистскую и гегелевскую диалектику различал. В принципе, отождествление марксистской и гегелевской диалектики характерно (за редким исключением) для советского марксизма в целом. В то время господствовал взгляд, что Маркс заимствовал из системы Гегеля диалектический метод, механически "переставив его на материалистическую почву" без изменения внутренней сущности. Но это справедливо только для ранних работ Маркса. В действительности марксистская и гегелевская диалектика различаются между собой. Альтюссер совершенно верно отмечал, что подобный гегельянский подход приводит к "радикальной редукции" марксистской диалектики, к экономизму и технологизму, то есть к вульгаризации марксизма. Что и произошло с советским марксизмом, который превратился в большинстве своем в "вульгарный истмат и диамат" (пользуясь терминологией Кара Мурзы). Ильенков же с Лифшицем представляют собой подвид этой же философской традиции, с большим уклоном в гегельянскую идеалистическую гносеологию. Как писал советский философ Гулыга о советских марксистах: "у нас есть серьезные философы - небольшое количество кантианцев (к ним он относил и себя), есть гегельянцы (Э.В.Ильенков и другие), экзистенциалисты (он назвал Э.Ю.Соловьева и П.П.Гайденко), есть немало позитивистов и один платоник (А.Ф.Лосев)". Вы же, называя себя продолжателем линии "от Платона - до Гегеля", ставите себя в ряды идеалистов. Откуда такая любовь к платонам, кантам и гегелям? Марксисты ведут свою философскую линию не от Платона, а от материалистов Демокрита (книги которого Платон призывал сжечь) и Гераклита. Вам же, по духу более близок не столько Ильенков, сколько Лосев.

_________________

"Все на свете боится серьезного подхода, а коммунистам больше всех присущ такой подход."

 

Председатель Мао Цзэдун

 

Последняя редакция: Бунтарь (Вс Ноя 18, 2007 2:42 am), всего 2 правок

Публицист

 Регистрация: 01.03.2007

Сообщения: 48

Откуда: Екатеринбург

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 9:13 pm    Заголовок:    

 

--------------------------------------------------------------------------------

 ТОЖДЕСТВО МЫШЛЕНИЯ И БЫТИЯ КАК ПРЕДМЕТ

ФИЛОСОФСКИХ РАЗМЫШЛЕНИЙ Э.В. ИЛЬЕНКОВА.

 

Э. В. Ильенков со всей решительностью настаивал на том обстоятельстве, что «принцип диалектического тождества мышления и бытия – своего рода пароль на право входа в научную философию, в пределы её предмета». (Диалектика – теория познания. Историко-философские очерки. М., 1964, с.54).

Сама категорическая форма данного тезиса далеко не случайна. Она вытекает из всей системы его взглядов и самой их сути. Суть же дела заключена в том, что всякий занимающийся философией, прежде чем дерзнуть на своё теоретическое «размежевание», скажем с И.Г.Фихте, Г.Гегелем или Л.Фейербахом, должен четко и определенно решить для себя вопрос о том, чем вообще «философия» отличается от «не-философии» и чем же, скажем, самый ругаемый (или экстравагантный) в истории философ-классик принципиально отличается от самодовольного обывателя, склонного выдавать свои досужие рассуждения за «философствование», а человеческие резонирования вообще, за философию.

Однако общая манера современного образования зачастую характеризуется как раз обратной последовательностью. Считается, что всякий заведомо знает, что такое философия как таковая, «философия вообще». Ведь любая учебная программа, в качестве первого шага, сразу же предлагает разобраться, чем одна форма философии (философия как наука, например) отличается от другой её формы (философия как идеология, культура, форма общественного сознания и т.п.), чем, скажем, «материалистическая диалектика» Маркса отлична от «идеалистической диалектики» Гегеля, И.Канта или Платона… Поскольку же общеизвестно, что заведомо Маркс «лучше» Гегеля (и его сотоварищей по философскому цеху), то, с одобрения парткома, тот или иной школяр, очередной карьерный «бурбулис – кириенко» ничтоже сумняшеся горделиво нарекает свои обыденные представления «диалектическим материализмом», а собственно философские идеи Гегеля или Адама Смита выдает за «идеализм», достойный лишь всяческого презрения «порядочных людей». Поэтому далеко не случайно, что в голове такого «философа» потом обнаружатся и позитивизм, и псевдо-экзистенциализм, пережитки натурфилософии, вульгарного материализма, экстрасенсорной мистики, парапсихологии, «либерального дуализма» и т.д. и т.п.

Что верно для философии вообще, то верно и по отношению к её основному вопросу. Зачисление «принципа тождества» мышления и бытия по ведомству лишь идеализма, основано на неумении отличать «всеобщее» от «особой формы выражения» этого же самого всеобщего, т.е. на неумении отличить предмет философии «как таковой» от идеалистической формы его выражения. А ведь это, как известно, есть нарушение правил элементарной формальной логики, предостерегающей всякое мыслящее существо от смешения, спутывания «одного» – с «другим».

Между тем, у оппонентов Ильенкова подобная путаница, как правило, как раз и случается.

Когда недоуменно спрашивают, что, собственно, следует понимать под тождеством мышления и бытия, то ответ состоит в том, что не следует здесь понимать ничего иного, кроме тождества с БЫТИЕМ именно МЫШЛЕНИЯ. Философски дисциплинированный ум должен уметь держаться исходных определений и последовательно проводить их во всех последующих рассуждениях и аргументах. Эвальд Ильенков же всегда говорит именно о мышлении, а не о «сознании», «представлении» или, например, «фантазии». Речь-то у него идет непременно о существе МЫСЛЯЩЕМ, а не грезящем или, например, мнящем…

Что же касается «головы» каждого отдельного человека, то в ней по традиции всегда можно обнаружить много всего и всякого… Философию же эта самая голова интересует именно (и только!) как орган МЫСЛИ человечески-деятельностного существа.

Это, однако, не исключает ведь возможности того, что голова может стать органом не только мысли, но и «НЕДО - мыслия». Имея в виду это обстоятельство, вся классическая философия (от Сократа, Платона и Гегеля до Аристотеля, Фейербаха и Маркса) четко и строго различает такие понятия как «сознание» и «мышление».

Иначе говоря, мышление обязательно есть сознание, но вот сознание-то далеко не обязательно и не всегда есть мышление. Поэтому принцип тождества «мышления и бытия» никоим образом не равнозначен принципу тождества «сознания и бытия». А ведь на этом упорно настаивают оппоненты Э.В.Ильенкова, пытаясь обратить против него знаменитые аргументы В.И.Ленина, употребленные последним, собственно, против субъективного идеализма в социологии своей собственной партии, эпохи возобладавшего меньшевизма.

Соотношение мышления и сознания, понятия и представления – тема, проходящая красной нитью через все философское творчество Эвальда Ильенкова.

Определив «ИДЕАЛЬНОЕ», как способность человека отделять «форму вещи» от самой же этой «вещи», а затем действовать с этой же «формой» как со специфической, самостоятельной вещью, он постоянно настаивал на том, что идеальное идеальному – рознь!

Философ, полагал он, никоим образом не должен путать идеальное «как таковое» – с той или иной, «особенной» формой этого самого идеального. Например, субъективная реальность данного человеческого индивидуума (предположим, «душа») есть лиши одна из многих форм идеального. Которое, однако, существует и в форме общественно развитой, специально институциализированной, системы духовного производства общественного человека (предположим, его «Духа»). Нарекать же «субъективное» - сущностью идеального, значит отчаянно грешить против правил формальной логики. Ведь умозаключение, согласно которому, «ежели субъективное есть идеальное, то тогда идеально и есть (!) субъективное» по своей логической природе аналогично следующему: «если все негры – люди, то, следовательно, все люди – негры»!

С позиций Э.В.Ильенкова (т.е., собственно говоря, всей диалектической традиции мировой классики), «представление» – это есть такая форма идеального воспроизведения внешней человеку вещи, которая одинаково хорошо вмещает в себя как «понимание» этой вещи, так и «не – понимание» её. Иными словами, в представлении идеально воспроизводится (ПРЕД-ставляется перед индивидуумом) и закрепляется в слове (для общего употребления человеческим коллективом), как внутренняя (т.е. необходимая), так и внешняя (поверхностная, случайная) форма предмета, внешней вещи. Процесс же «фильтрации», отделения необходимой формы от случайной, и есть ни что иное, как собственно процесс МЫШЛЕНИЯ, т.е. идеального воссоздания предмета в форме ПОНЯТИЯ.

Правила работы человеческой головы, осуществляющей такую фильтрацию, и носят в научной гносеологии наименование «восхождения от абстрактного к конкретному». Этот процесс «восхождения» К.Маркс, как известно, назвал способом «переработки созерцаний и представлений в понятия». Другими словами, главным Законом «духовно-теоретической деятельности» людей.

Но если метод восхождения перерабатывает «случайную» идеальную форму вещи в «форму необходимую», то, как же происходит совпадение «необходимой идеальной» формы – с «необходимой реальной формой» этой же вещи?

И здесь позиция Э. Ильенкова носит предельно определенный характер ФИЛОСОФСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА. То есть, материализма … без пошлостей!

… Ведь сама возможность идеального воспроизведения вещи, (т.е. отделения «формы» вещи от её же «материи», «субстрата», но с последующим «удвоением формы» на форму «реальную» и форму «идеальную»), обусловлена тем, что человек действует с вещью при помощи вещей же: в ручном труде, промышленном производстве, сельском хозяйстве… Именно этот всеобщий, необходимый общественный процесс производства и использования вещей природы для нужд человечества, и представляет собою ту стихию, в которой все вышеперечисленные дистинкции и происходят. А именно: вновь возникшая «форма форм» не только разделяет, но и обратно синтезирует их в исходное живое целое. Материальная форма вещи (и жизни) одинаково обща - как «материи», так и «идее» - именно своей формальностью. Обусловливая, в процессе продвижения «понимания» через паутину «представлений», и окончательную победу истинной идеальности над идеальностью мнимой.

Другими словами, для того, что бы в составе «сознания» данного индивида отделить друг от друга его «представления» о предмете от «понятий» о нем, следует посмотреть, то ли он делает, что говорит, и, наоборот, то ли он говорит, что делает?

Мышление о предмете тем и отличается от только «сознания» о нем, что, будучи идеальным способом воспроизведения имманентной (= всеобщей) определенности внешних вещей, оно является именно «универсальной» (на чем всегда Э.В.Ильенков и настаивал!), а не какой-либо «особенной» способностью человека. А универсальное существо тем и отличается от любого «не-универсального» существа, что может действовать не только «по форме», но и «по материи» вещей. То есть, может овладевать ими не только «на словах», но и «на деле».

Замена (вольная или невольная!) «мышления» на «сознание» ведет к заведомой подмене принципа тождества мышления и бытия на принцип «тождества бытия и сознания». Человек, который вздумал бы последовательно провести эту понятийную трансформацию в самой жизни, постоянно путал бы свои «мысли» о действительности со своими «представлениями», «мнениями» и «фантазиями» о ней. Заодно покидается и почва собственно философии, пределы её предмета, ибо такой «философ» соотносит не столько духовную жизнь людей с жизнью материальной, сколько «сознание общественное» с сознанием «индивидуальным», ориентируясь, при этом, не на «суть дела», а на «общественное мнение» и общепринятые предрассудки. А тот, кто постоянно это делает, в конце концов, не только путает действительные представления с не-действительными, но и путает «представления о действительности» – с нею же самой. Понятно, что, в конце концов, такой человек станет предметом профессионального интереса уже не столько для философа, сколько для психиатра.

 

*** *** ***

Критика изложенной выше концепции Э.В.Ильенкова в отечественной литературе, в её целом характеризуется не-научным, научным и анти-научным подходами.

О первом из них было сказано. Второй представлен в работах Г.С.Батищева, П.М.Егидеса и Мих.Лифшица. Его особенность состоит в том, что, встав на исходную позицию самого критикуемого ими автора, они пытаются обратить её против самого же Э.Ильенкова.

Как именно?

Отношение мышления к бытию не должно закрыть от нашего взора тот факт, что бытие «бытию» – рознь!- настойчиво напоминают они. Дескать, мышление, постигшее бытие в акте совпадения с ним, обречено открыть принципиальную… само-не-тождественность бытия.

Другими словами, бытие – это творчество. Все новое и новое порождение себя собою же. И потому-то, не-тождество бытия самому себе суть одновременно и не-тождество бытия – мышлению. Понимает ли эту принципиальную «тонкость» Э.Ильенков? – Скорее нет, полагают они…

И, на наш взгляд, – напрасно! Что бытие есть «творчество» – мысль эта такой же красной нитью проходит через все его философские труды, как и принцип «тождества». Здесь достаточен всего лишь простой текстуальный анализ – и нет проблем.

Но, более того, и мышление «мышлению» – тоже рознь!- углубляет выдвинутый против него вопрос уже и сам Ильенков. «Косное», нетворческое мышление в свою очередь соответствует и «нетворческому» же, косному бытию… Блестящих вариаций на данную тему у этого автора несть числа!

Наконец, укажем здесь и на один пример ненаучной критики нашего автора, которая имеет особый, так сказать, «институциализирующий» характер. Это монография М.Н.Руткевича «Актуальные проблемы ленинской теории отражения», С-УКИ, Свердловск, 1970., которая была положена в основу создания так называемой «Уральской философской школы», вот уже несколько десятилетий подряд институциализированной в виде философского факультета УрГУ. Через игольное ушко её концепций прошли сотни и даже тысячи дипломированных философов, а так же аспирантов и докторантов иных, «нефилософских» специальностей.

Её доктринальная суть: тождество мышления и бытия – это специфический язык «гегелевской», а, следовательно, немарксистской философии, несущей в себе «идеализм» и «агностицизм», со всеми признаками антимарксизма и антисоветского «ревизионизма» (см.: указ. соч., с.27-34.) Ученый арсенал М.Руткевича в этом «анализе» известен: мышление у критикуемого им автора, - это «сознание» и даже «ощущение», а вот бытие – это, дескать, «предмет», «физическое» и т.д. и т.п. То есть, типичная ПОДМЕНА ПОНЯТИЙ! Со всеми вытекающими (и уже драматически свершившимися!) отсюда последствиями, кстати говоря…

Валерий МОЛЧАНОВ, кандидат философских наук

ноябрь 1982 – февраль 2003

Тезисы доклада на научной конференции «Россия в III тысячелетии…

Екатеринбург, Изд-во АМБ, 2003, с.60-63.)

 

 Alexbyka

 Регистрация: 14.11.2006

Сообщения: 152

Откуда: Киев

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 9:24 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

Бунтарь писал(а):

Вам же, по духу более близок не столько Ильенков, сколько Лосев.

 

Ерунда какая-то… Коммунисты должны изучать ВСЕ философские учения!!!

_________________

Слово нас объединяющее - "ТОВАРИЩИ", В. В. Маяковский

Бунтарь

 Регистрация: 12.11.2005

Сообщения: 212

Откуда: Мировая Коммуна

 Когда: Сб Ноя 17, 2007 9:36 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 Alexbyka писал(а):

Коммунисты должны изучать ВСЕ философские учения!!!

Изучать нужно все учения, здесь я согласен, но нельзя быть всеядным в философии - это ведет к эклектизму, непоследовательности и ревизионизму.

_________________

"Все на свете боится серьезного подхода, а коммунистам больше всех присущ такой подход."

 

Председатель Мао Цзэдун

Alex 2

Регистрация: 01.07.2006

Сообщения: 4

 Когда: Вс Ноя 18, 2007 12:29 pm    Заголовок:   

--------------------------------------------------------------------------------

 О принципе «тождества мышления и бытия». Мы так подробно остановились на содержании термина «тождество» потому, что в последние годы в советской философской литературе раздавались голоса, требующие заменить тезис о единстве материи и сознания «принципом тождества мышления и бытия», и даже признать его чуть ли не главным принципом марксистской философии. Так, Э. В. Ильенков писал, что «принцип диалектического тождества мышления и бытия — своего рода пароль на право входа в научную философию, в пределы ее предмета» [12, 54].

Неприятие данного тезиса Э. В. Ильенков объясняет «боязнью» и «неосведомленностью». Для того чтобы развеять эту «боязнь» и преодолеть «неосведомленность», нам советуют «обратиться, в частности, к истории домарксистской философии». Э. В. Ильенков обращается в этих целях к Гегелю и Фейербаху, а от них идет к Марксу. Но если в отношении Гегеля, действительно стоявшего за данный принцип, рассуждения автора доказательны, то в отношении Фейербаха и тем более классиков марксизма они бездоказательны. Наш оппонент просто-напросто уходит от разбора тех заявлений Фейербаха, Маркса, Энгельса и особенно Ленина, в которых эти мыслители прямо выступают против отождествления мысли с действительностью. «Якорем спасения» служит одна ссылка на Энгельса. В «Людвиге Фейербахе...», охарактеризовав рассмотренное выше существо познавательного отношения, т. е. второй стороны основного философского вопроса, Энгельс замечает: «На философском языке этот вопрос называется вопросом о тождестве мышления и бытия» [5, 283]. Но этот якорь не спасает. Хорошо известно, что «философский язык», о котором здесь упоминает Энгельс, это язык гегелевской философии.

Главное же, разумеется, не в истолковании цитаты из Энгельса, а в сути дела. Увлечение тезисом «тождества мышления и бытия» (несмотря на все оговорки, что это, мол, конкретное тождество) не проходит бесследно, оно так или иначе сказывается при решении существа философских вопросов и особенно интересующего нас вопроса об отражении Не случайно точка зрения «тождества» встретила решительные возражения в ходе дискуссии, проведенной одним из наших философских журналов [14].

Расхождения в этом вопросе не являются «спором о словах». Диалектический материализм глубоко отличен от конвенционализма, полагающего, что научным терминам можно придать смысл по «соглашению», «конвенции». Подобного рода «конвенция» в узких пределах возможна, например, при введении нового термина или, тем более, при введении символического обозначения. Энергию обозначают обычно буквой Е, поскольку об этом «договорились», но о содержании понятия «энергия» нельзя договориться столь же произвольным образом. В каждой системе научных понятий все понятия взаимосвязаны объективно, поскольку лишь в своей совокупности, в системе они могут дать верное отображение реального мира. В. И. Ленин в ходе спора о сущности империализма заметил против К. Каутского: «Спорить о словах, конечно, не умно. Запретить употреблять «слово» империализм так или иначе невозможно. Но надо выяснить точно понятия, если хотеть вести дискуссию» [7, 93].

Запретить употреблять слово «тождество» в том, а не ином из имеющихся значений невозможно. Выяснить, в каком смысле оно употребляется в марксистской философии, необходимо. Но нельзя ни в коем случае упускать из виду многозначность этого термина и связанную с этим борьбу В. И. Ленина и других марксистов против применения терминов «отождествление», «тождество» при характеристике соотношения мышления и бытия, ощущения и предмета. Как ни оговаривать, что мы, мол, за «конкретное тождество», значение этого понятия в смысле, употребляемом повседневно в математике и в обыденном мышлении, как тождества абстрактного, поневоле толкает к недооценке различия между мышлением и бытием. А это уже опасно. Существование многочисленных современных течений идеализма и агностицизма, поднимающих на щит тождество психического и физического, ощущения и предмета, логической конструкции и реальных отношений, есть такой коренной факт идеологической обстановки, о котором нельзя забывать ни на мгновение.

Чем же плоха формула о «тождестве мышления и бытия»? Во-первых, отношение мышления к бытию есть лишь одна из многих формулировок основного вопроса философии, и она не покрывает всех аспектов отношения сознания к материи. Когда мы хотим понять отношение чувственного образа (ощущения, восприятия, представления) к предмету, термин «тождество» прямо и непосредственно ведет к путанице. Конечно, общее между цветом и светом есть, но не случайно В. И. Ленин не только избегал говорить о тождестве ощущений и вещей, но самым недвусмысленным образом критиковал эмпириокритиков, имманентов и других идеалистов и агностиков конца XIX—начала XX века за отождествление, тождество, совпадение и т. д. и т. п. ощущения и предмета. Приведем лишь одно из бесчисленных высказываний В. И. Ленина на этот счет. Говоря о взглядах В. Шуппе, представителя «имманентов», который писал: «...бытие есть сознание», и махиста В. Базарова, изрекшего: «...чувственное представление и есть вне нас существующая действительность», Ленин заключает: «Это явный идеализм, явная теория тождества сознания и бытия» [6, 343].

Во-вторых, Ф. Энгельс, делая оговорку насчет «философского языка», применяет термин «тождество» только ко второй, гносеологической стороне отношения сознания к материи. Как же обстоит дело с применимостью термина «тождество» при изучении соотношения мысли и мозга, психического и физиологического, т. е. отражения как свойства материи к материи?

Несомненно, общее между свойством и носителем этого свойства имеется, но термин «тождество» здесь непригоден, так как он толкает явным образом к отождествлению психического и физиологического, т. е. к ошибке в духе либо вульгарного материализма, либо субъективного идеализма.

Наконец, в-третьих, отношение сознания к бытию включает в себя и социальный аспект. Хорошо известно, что В. И. Ленин выступал самым решительным образом против любых попыток охарактеризовать соотношение общественного сознания и общественного бытия с помощью слова «тождество». «Общественное бытие и общественное сознание не тождественны, — писал он, — совершенно точно так же, как не тождественно бытие вообще и сознание вообще. Из того, что люди, вступая в общение, вступают в него, как сознательные существа, никоим образом не следует, чтобы общественное сознание было тождественно общественному бытию» [6, 343]. В этом пункте Ленин прямо противопоставляет термину «тождество» термин «отражение», настаивая на том, что общественное сознание может быть понято только как отражение общественного бытия.

 

Таким образом, выдвижение на первый план «принципа тождества мышления и бытия», при любых оговорках насчет понимания тождества как тождества диалектического, конкретного и т. д., представляет собою ошибку отнюдь не терминологического порядка, затрудняющую последовательное ведение борьбы против идеализма. Из сказанного явствует, что, выбирая для рассматриваемого нами совершенно особого случая соотношения противоположностей между терминами «единство» и «тождество», преимущество следует отдать первому. Рассматривая единство материи и сознания как особый аспект единства мира и как специфическую форму проявления закона единства и «борьбы» противоположностей, мы связываем решение вопроса о соотношении сознания и материи с двумя самыми коренными принципами марксистского мировоззрения. Глубоко прав был Г. В. Плеханов, который при сопоставлении рассматриваемых понятий сделал совершенно недвусмысленный вывод: «Единство между мышлением и бытием вовсе не означает и не может означать тождества между ними» — и это «одна из самых важных черт, отличающих материализм от идеализма» [9,143].

Специфика единства — в отражении. Сущность тенденции, заключенной в превознесении «тождества мышления и бытия», с особой силой дает о себе знать, как только ставится вопрос о связи «принципа тождества мышления и бытия» с принципом отражения. Действительно, признание единства материи и сознания единством взаимопроникающих противоположностей еще ничего не говорит нам о характере этого единства, о его специфике. Принцип единства мира и основной закон диалектики нуждаются в дополнении. Таким дополнением в материалистической философии выступает принцип отражения, так как именно в отражении выражена сущность отношения сознания к материи, притом обеих сторон этого отношения. Первая сторона, в которой сознание рассматривается как свойство материи, свойство отражать внешний мир, есть не что иное, как высшая ступень развития присущего всей материи свойства отражения (об этом подробнее в гл. III). Вторая сторона, в которой сознание и его познавательная деятельность рассматриваются в отношении к окружающему миру, имеет своей сущностью идеальное отражение материального мира. Иначе говоря, отражение есть одновременно сущность сознания как свойства особым образом организованной материи и сущность познавательной деятельности сознания.

Таким образом, отражение есть специфический вид связи между двумя противоположными сторонами единства, специфический для таких неравных по значению сторон, каковы материя и сознание, и притом только для них. Отсюда само собою ясно, что принцип единства никак не может заменить собою принцип отражения. Диалектика требует рассматривать любое явление и как единство противоположностей, и как взаимопроникновение, «борьбу» этих противоположностей. Сознание и материя находятся в единстве, это единство предполагает их взаимосвязь, сущность этой связи—в отражении. Тем более не может стоять вопрос о подмене принципа отражения принципом «тождества мышления и бытия». Увлечение последним так или иначе оборачивается ущербом для теории отражения. Возьмем для примера два типичных высказывания, принижающих теорию отражения. Э. В. Ильенков утверждает; «Отождествление (т. е. тождество как акт, как действие, как процесс, а не как мертвое состояние) мысли и действительности, совершающееся в практике и через практику, и есть суть, существо марксистско-ленинской теории отражения» [12, 51].

Эта категорическая фраза может служить образцом путаницы. Действительно, превращение мысли, идеального в материальное достигается через практическое действие, в котором воплощается поставленная сознанием идеальная цель. В. И. Ленин отмечал, что «мысль о превращении идеального в реальное глубока: очень важна для истории». Это замечание Ленин направляет против вульгарного материализма, замечая здесь же: «Различие идеального и материального тоже не безусловно, не uberschwenglich (чрезмерно)...» [8, 104].

Однако нельзя не учитывать, что превращение идеальной цели в материальный результат есть превращение совершенно особого рода. Воплотивший в себе идею, измененный нашим действием предмет есть результат совершенного в практике превращения предметов ранее существовавших, форма которых изменена нашей деятельностью, причем мы должны действовать в полном соответствии с законами природы. «Опредмечивание» мысли достигается посредством практики. Обратное превращение—предмета в нашу мысль о нем в процессе познания, его «распредмечивание» также достигается в практике. «Распредмечивание» тоже не означает, что предмет перестает существовать, превращается в мысль. Он остается либо тем же, либо претерпевает известные изменения, поскольку наша практическая деятельность, подчиненная задачам познания (например, измерение), вносит в предмет какие-либо коррективы. К. Маркс, характеризуя процесс познания, писал, что «идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней» [1, 21].

«Превращение» мысли в действительность («опредмечивание») и действительности в мысль («распредмечивание») суть процессы, к которым термин «превращение» может быть применен cum grano salis, а «отождествление» и «тождество» вовсе не подходят. Сущность марксистско-ленинской теории отражения никак не может состоять в отождествлении мысли с предметом и с актом практики.

Отождествление ощущения, представления, мысли с практическим актом и через него с предметами и отношениями реального мира характерно для идеализма. Сущность же теории отражения — в признании различия и противоположности между сознанием и материей и в раскрытии специфического характера связи между ними— как отражения, при полном учете диалектики их взаимопроникновения, взаимодействия на базе практики.

Другой вариант непонимания сущности теории отражения представлен П. М. Егидесом. Воспроизведем ход мысли этого автора. Не надо сводить «всей сложности отношений между сознанием и бытием, «я» и «не-я» к простому только отражению»; надо понимать «отражение как момент более общего принципа, который включает в себя и другой момент — момент творчества». «Этот более общий принцип... называется принципом диалектико-материалистического тождества». Далее автор прямо сводит отражение к «моменту тождества» и заявляет, что «категория отражения не выражает принципа действенности... как главной отличительной черты марксистской философии...» [13,104—105].

Мы столь подробно изложили точку зрения П. М. Егидеса, притом его же собственными словами, чтоб не осталось никаких сомнений насчет возможных неточностей передачи. Эта точка зрения явно ошибочна в двух своих основных пунктах.

Во-первых, наш оппонент толкует отражение как отражение пассивное, созерцательное, и именно поэтому предлагает «дополнить» отражение другой характеристикой сознания — творчеством. Это не оригинально. По сути дела, такова основная позиция всех современных критиков теории отражения. Они радуются, обретая союзников. Не случайно в отчете редакции уже упоминавшегося журнала «Праксис» на собрании хорватского философского общества с радостью было отмечено, что некоторые «советские философы стали понемногу сомневаться в теории отражения» [16]. Но для марксистской философии характерно как раз именно преодоление указанного взгляда на отражение, как отражение пассивное. Человеческое сознание дает отражение мира активное, творческое, вырастающее из практики и в ней реализующееся.

Во-вторых, данный автор превратным образом изображает связь принципа тождества с принципом отражения. Допустим на минуту, что «тождество мышления и бытия» есть просто неудачное обозначение их единства. Выше уже было отмечено, что признание единства, т. е. того общего, что объединяет противоположности, еще не содержит в себе прямого указания на специфический характер различия и противоречия между ними. Следовательно, принцип отражения, раскрывающий сущность отношения сознания к материи, мышления к бытию, должен рассматриваться как дополнение и конкретизация принципа единства. Однако в схеме П. М. Егидеса отражение и творчество, которые он столь решительно разъединил, есть не более как две разрозненные половинки целого, подчиненные «верховному» принципу «тождества мышления и бытия».

Руткевич М.Н. Актуальные проблемы ленинской теории отражения. С., 1970, с. 27-34.

_________________

Новости и анонсы сайта - http://sovphil.zp.ru/

  Публицист

 Регистрация: 01.03.2007

Сообщения: 48

Откуда: Екатеринбург

 Когда: Вс Ноя 18, 2007 7:14 pm    Заголовок:     

--------------------------------------------------------------------------------

Вот и спасибо Alex 2 за справку библиографическую!

 

Из неё очень даже хорошо видно, во-первых, что Маркс, Энгельс, Плеханов и Ленин – это, можно сказать, «ильенковцы… до Ильенкова» в философии.

Во-вторых, что М.Н.Руткевич «делает вид», что опровергает Ильенкова, а сам-то, по-настоящему, БОРЕТСЯ именно с марксизмом-ленинизмом в ФИЛОСОФИИ и с философией - в МАРКСИЗМЕ-ЛЕНИНИЗМЕ…

И, в-третьих, видно, как «парткомовский марксизм» самого Руткевича (на чём всегда и базируется его «профессиональный статус» в общенациональной советской философии) есть самая настоящая (точнее, обычная, но подкрепленная Культом личности ближайшего Начальства!) СОФИСТИКА.

А техника этой софистики – откровенная ПОДМЕНА ПОНЯТИЙ на глазах у публики.

 

ВСЕМУ ЭТОМУ ОН, НАДЁЖНО И НА ВЕКА, ОБУЧИЛ ВСЕХ СВОИХ УЧЕНИКОВ!

 

Hic Rhodus, hic salta! Для НАСТОЯЩИХ марксистов-ленининистов, конечно…

 

Публицист

 

Анатолий Игнатьев

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Пт ноя 30, 2007 10:54 pm

Почётный провокатор

 Зарегистрирован: Вс авг 21, 2005 10:38 pm

Сообщений: 1435

Откуда: Уфа      Племянник Рамо писал(а):

Анатолий Игнатьев

Цитата:

На них он много и "красиво" курит.

Причем, курил он "термоядерный" кубинский "Партогас". Но к его уходу из жизни это не имеет никакого отношения.

Это имеет отношение к тому, какой он марксист. Хреновый.

Кстати, каково отношение Ильенкова к Троцкому и троцкизму?

_________________

Летят перелётные птицы, а я не хочу улетать...

 

Племянник Рамо

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Сб дек 01, 2007 12:14 am

Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680         Бунтарь

Цитата:

Метафизика и натурфилософия - не тождественные понятия. Тот же Гегель

 

Вы даже порадовали меня тем, что в качестве источника аргументации Вы попытались обратиться к "оружию оппонента". Но, увы, не могу признать Вашу попытку успешной. И метафизика, и натурфилософия (по существу, совпадающие, хотя в некоторых частностях расходящиеся понятия) оценивались как Гегелем, так и Марксом вполне однозначно. Конец метафизики (натурфилософии) возвестил, кстати, в своей "Критики чистого разума" еще И.Кант, критическую линию которого продолжил Фихте в своем наукоучении. Гегель и Маркс поставили "точку" в этом процессе, убедительно показав, что метафизический (натурфилософский) способ мышления, основанный на обобщении и систематизации наличных знаний, не способен породить сколь-нибудь вразумительную содержательную, тем более, философскую теорию. Говоря о "прежней метафизике", Гегель имел в виду докантосвкую философию. В этом легко убедиться, раскрыв "большую" Логику Гегеля (см.: Гегель. Наука логики. Т. 1. М., 1970. С. 262. Наука логики. М., 1972. Т. 3. С. 237, 296). И никакую "новую" метафизику (натурфилософию) взамен "прежней" Гегель и Маркс не предлагали - в силу того, что сама ее идея целиком изжила себя.

Ведь не секрет, что история, по Марксу, это не только процесс развития и смены общественных форм, но и процесс практического освоения природы, постольку она есть одновременно процесс теоретического освоения природы, процесс развития естествознания. И натурфилософия, с точки зрения марксизма, особая историческая форма науки о природе, а именно ее фантастическая форма.

"Естественные науки, - пишет Маркс, - развернули колоссальную деятельность и накопили непрерывно растущий материал. Но философия осталась для них столь же чуждой, как и они остались чужды философии. Кратковременное объединение их с философией было лишь фантастической иллюзией. Налицо была воля к объединению, способность же отсутствовала. Даже историография принимает во внимание естествознание лишь между прочим, как фактор просвещения, полезности отдельных великих открытий... Промышленность является действительным историческим отношением природы, а следовательно, и естествознания к человеку".

 

 

Именно эта сторона учения Маркса и была затем развита в работах Энгельса "Анти-Дюринг" и "Диалектика природы". Если материалистическое понимание истории Маркса направлено против философии истории, то диалектика естествознания Энгельса направлена против философии природы - против натурфилософии.

"Когда естествознание, - писал Энгельс, - научится усваивать результаты, достигнутые развитием философии в течение двух с половиной тысячелетий, оно именно благодаря этому избавится, с одной стороны, от всякой особой, вне его и над ним стоящей натурфилософии, с другой - от своего собственного, унаследованного от английского эмпиризма, ограниченного метода мышления".

Именно из-за неразвитости естествознания в XVIII и начале XIX веков целостную картину природы давала натурфилософия. И в этом было ее положительное значение. Но с середины того же XIX века целостную и систематическую картину природы уже могло дать само естествознание, причем не заполняя белые пятна умозрением, как это делала натурфилософия. А потому, как неоднократно повторяет Энгельс, от всей прежней философии остается только диалектика и формальная логика. "Как только перед каждой отдельной наукой, - писал Энгельс, - ставится требование выяснить свое место во всеобщей связи вещей и знаний о вещах, какая-либо особая наука об этой всеобщей связи становится излишней. И тогда из всей прежней философии самостоятельное существование сохраняет еще учение о мышлении и его законах - формальная логика и диалектика".

С идеей систематической картины мира у Энгельса связана другая его идея — материального единства мира. Эта идея была, в общем-то, не новой в истории философии и науки. Так, к примеру, французские материалисты XVIII века отстаивали взгляд, согласно которому в мире нет ничего, кроме материи и ее движения. Но построить на этом систематическую картину природы не позволяла им именно неразвитость естествознания. С другой же стороны, это материальное единство достигалось ими, поскольку оно вообще достигалось, за счет редукции идеального к материальному. Иначе говоря, эти мыслители, по существу, не признавали качественного своеобразия идеального, по сравнению с материальным, т. е. не признавали своеобразия мышления, сознания, духовной культуры. Они не выводили идеальное из материального, а только сводили одно к другому.

Вывести идеальное из материального, как доказывает Энгельс, позволяет только материалистическое понимание истории. И в результате материальное единство мира - а ведь мир включает в себя не только мир природы, но и мир культуры - возможно только на основе материалистического понимания истории, которое дает основу для перехода от природы к человеческому сознанию через материальную практическую деятельность. Непосредственно, как показывает Энгельс, перейти от природы к человеческому мышлению и сознанию невозможно. В этом деятельном опосредовании материи и сознания и состоит принципиальное отличие того материализма, который развивали Маркс и Энгельс, от всего прошлого материализма, включая фейербаховский. Здесь материалистическим аналогом в прошлом была только идея субстанциального единства мышления и материи Бенедикта Спинозы. Поэтому Энгельс, по свидетельству Плеханова, не случайно считал марксизм разновидностью спинозизма.

Человек - часть природы. С этим согласен и Энгельс. Но это особая "часть", которая, как считали неоплатоники и Николай Кузанский, воплощает в себе весь Универсум, весь бесконечный Космос. Поэтому Энгельс по сути воспроизводит ту историческую традицию, в которой человек с его мышлением и сознанием трактуется как Микрокосм. Иначе говоря, человеческий дух Энгельс считает не случайным явлением, а проявлением необходимого, а на языке классической философии, атрибутивного свойства мировой материи. "...У нас есть уверенность в том, - пишет он в этой связи, -что материя во всех своих превращениях остается вечно одной и той же, что ни один из ее атрибутов никогда не может быть утрачен и что поэтому с той же самой железной необходимостью, с какой она когда-нибудь истребит на Земле свой высший цвет - мыслящий дух, она должна будет его снова породить где-нибудь в другом месте и в другое время".

Но что же именно понимает Энгельс под атрибутами, т. е. неотъемлемыми качествами материи? Прежние материалисты считали атрибутом материи движение. Так считали англичанин Джон Толанд и французские материалисты. Энгельс тоже считает, что движение есть способ существования материи. "Но движение материи, - пишет Энгельс, - это не одно только грубое механическое движение, не одно только перемещение; это - теплота и свет, электрическое и магнитное напряжение, химическое соединение и разложение, жизнь и, наконец, сознание... Неуничтожимость движения надо понимать не только в количественном, но и в качественном смысле".

Иначе говоря, по Энгельсу, в мире постоянно сохраняется не только определенное количество движения, - это было понятно уже Декарту и Галилею, - но постоянно сохраняются и основные формы движения, которых Энгельс насчитывает всего пять: механическая, физическая, химическая, биологическая и социальная. Явление сознания Энгельс связывает только с социальной формой движения материи, т. е. с обществом. Но ни в коем случае не с биологической, как это делал прежний материализм. Правда, в середине XIX века появляется так называемый вульгарный материализм Бюхнера, Фогта и Молешотта, в котором непосредственно отождествляется идеальное с материальным, а именно с функцией телесного органа - головного мозга человека. Впоследствии, вплоть до настоящего времени, возобладало именно такое понимание "идеального". Восстановить марксовско-энгельсовское понимание идеального пытался только Э.В. Ильенков.

http://caute.2084.ru/ilyenkov/texts/enc/ideale.html

Чтобы снять все вопросы об истинном марксизме Ильенкова, напоминаю еще раз его основные идеи.

Не устаю подчеркивать, что Ильенков был выдающимся отечественным мыслителем. Он многое сделал для того, чтобы отстоять нашу гуманитарию от нашествия "кибернетистов" (я ставлю это слово в кавычки) - не от науки кибернетики, а именно от "кибернетистов". Многое сделал он в 60-70-е годы, когда некоторые представители гуманитарных дисциплин, учитывая выдающиеся успехи мировой генетики, трактовали человека как "биосоциальное" существо. Не отрицая того, что человек имеет органическое тело, является частью природы, он тем не менее настаивал на том, что человек от начала до конца является существом общественным.

Особенно большой вклад Ильенков внес в разработку проблем материалистической диалектики. Его перу принадлежит замечательная книга "Диалектическая логика", имеющая два издания. Если вычленять то, что в советской философии было сделано наиболее ценного и что по сей день сохраняет свое значение не только в теории, но и во многих сферах социальной практики, прежде всего в области образования и культуры, то надо сослаться и на эту книгу.

Ильенков, вслед за Марксом, полагал, что основные положения гегелевской идеалистической диалектики необходимо перевести на "материалистический язык", развивая при этом главнейшие направления диалектической логики. Суть идеализма Гегеля, согласно Ильенкову, состоит в том, что он "обожествляет" описываемые им диалектические формы и законы человеческого мышления, выявленные в истории науки, техники и нравственности. Не обладая возможностями объяснения "земного происхождения" этих диалектических форм и законов, Гегель их обожествляет. Суть же материалистической диалектики в том, чтобы раскрыть происхождение указанных форм и законов их развития, исходя из реальной деятельности людей, из развития их "земных способностей" решать задачи самой этой деятельности, задачи развития техники и человеческой нравственности. Стремление ответить на вопросы о том, откуда эти формы и законы мышления взялись, почему и как они возникли, почему они именно таковые, а не иные, - вот что его интересовало в разработке проблем материалистической диалектики.

Одной из стержневых тем философских исследований Ильенкова являлось изучение универсальности человека как субъекта, способного к практически-духовному воспроизведению любой сферы объективной действительности, к созданию из вещества природы таких объектов, которые ей самой по себе не присущи - всех объектов цивилизации. Универсальность человека, согласно Ильенкову, связана со всеобщими возможностями его деятельности как общественного существа. Универсальность - не прирожденная, а исторически формирующаяся в обществе и онтогенетически приобретаемая способность человека.

Понятие общественно-исторической универсальности человека, сформулированное Ильенковым, явилось основой его оригинальной концепции идеального. Многие столетия понятие идеального культивировалось в идеалистической философии, но ему не находилось должного места в материалистических учениях. Ильенков же показал, что идеальное внутренне присуще тому материализму, который последовательно опирается на диалектику. Идеальность есть характеристика вещественно зафиксированных (объективированных, овеществленных, опредмеченных) образов человеческой культуры, т.е. исторически сложившихся способов общественно-человеческой жизнедеятельности, противостоящих индивиду с его сознанием и волей как особая объективная действительность.

К идеальным образам культуры можно отнести, например, логические категории, нормы языка и бытовой культуры, законы государства, нравственные императивы, имеющие принудительное значение для сознания любого нормального человека и силу ограничивать его индивидуальные капризы. Внутри этих организованных всеобщих норм культуры формируется сознание каждого отдельного индивида, усваивающего их как законы собственной деятельности. Они усваиваются в ходе приобщения индивида к независимо от него сложившейся культуре. Идеальное - это аспект культуры.

По отношению к индивидуальному сознанию идеальное является такой же объективной реальностью, как горы и деревья, как собственное тело индивида. Сознание индивида определяется идеальными образами, в которых представлена культура как своеобразный итог общественно-исторической деятельности людей. Сознание индивида - функция идеального. Сознание возникает там, где индивид вынужден смотреть на самого себя как бы глазами всех других людей, там, где ему требуется умение подчинять свои влечения некоторому общему закону как проявлению идеального. "Человеческий индивид, - писал Ильенков, - вынужден держать свои собственные действия под контролем "правил" и "схем", которые он должен усвоить как особый предмет..."

Э.В.Ильенков создал своеобразную теорию воображения и его генезиса, связав воображение с ролью искусства в жизни общества. Многие работы Ильенкова посвящены философско-логическим вопросам мышления и понятия. Он убедительно показал, что их подлинным источником являются предметные действия человека. Разработка проблем универсальности человека и его воображения постоянно приводила Ильенкова к рассмотрению вопросов творчества и личности. Подлинная личность, согласно Ильенкову, обнаруживает себя там, где индивид производит некоторый всеобщий результат, оказывающий обновляющее влияние на судьбы других индивидов. Понятие личности, свободы и таланта синонимичны. Личность опережает коллектив, если тот ориентируется на отжившие каноны общего дела, - она проторяет путь для других, задавая новый образец деятельности. "Личность тем значительнее, чем полнее и шире представлена в ней - в ее делах, в ее словах, в поступках - коллективно-всеобщая, а вовсе не сугубо индивидуальная ее неповторимость. Неповторимость подлинной личности состоит именно в том, что по-своему открывает нечто новое для всех..."

Как я уже отмечал выше особо следует отметить вклад Ильенкова в разработку теоретических вопросов психологии и педагогики. Он опубликовал несколько работ, посвященных воспитанию ума школьников, философско-психологическим вопросам системы обучения и воспитания слепоглухих детей, созданной И АСоколянским и А.И.Мещеряковым. Так, в частности, Ильенков выявил наличие у слепоглухих детей внеречевого мышления, возникающего в процессе овладения ими простейшими действиями с предметами. "Здесь можно наблюдать, - говорил он, - как бы под "лупой времени" весь ход психического развития ребенка от нуля - до самых высоких уровней".

В экспериментальных и теоретических работах по психологии, проводимых в настоящее время по ситм Эльконина-Давыдова, широко используются различные положения Ильенкова, относящиеся к психическому развитию человека, к развитию его сознания и воображения.

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 Племянник Рамо

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Сб дек 01, 2007 1:08 am

Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680         Анатолий Игнатьев

Цитата:

Это имеет отношение к тому, какой он марксист. Хреновый.

Будьте уверены - не Хреновей Вас.

Цитата:

Кстати, каково отношение Ильенкова к Троцкому и троцкизму?

 

Непосредственными свидетельствами отношения Ильенкова к Троцкому и троцкизму я не располагаю. Но могу сказать точно: Ильенкову претили любые формы левацкого переxлеста. Впрочем, отношение Ильенкова к троцкизму нетрудно "вычислить", прочитав статью Ильенкова "Маркс и западный мир". http://caute.net.ru/ilyenkov/texts/phc/marxww.html

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

Анатолий Игнатьев

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Сб дек 01, 2007 1:22 am

Почётный провокатор

 Зарегистрирован: Вс авг 21, 2005 10:38 pm

Сообщений: 1435

Откуда: Уфа      Всё ясно. Самое жалкое ничтожество, вот что такое Ильенков.

________________

Летят перелётные птицы, а я не хочу улетать...

Племянник Рамо

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Сб дек 01, 2007 1:32 am

 

Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680         Анатолий Игнатьев

К счастью, в данном случае, ничтожество Вы, причем невежественное и глупое до ужаса. Почему Вы такой тупой Хам? А?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

Публицист

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Вс дек 02, 2007 8:51 pm

Зарегистрирован: Чт мар 01, 2007 7:30 pm

Сообщений: 94

Откуда: Екатеринбург         Увы, увы…

Хуже «парткомовского марксизма» у современного человечества ничего нет. И быть не может!

Почему?

СОСТОЯВШИЙСЯ МАРКСИЗМ – это уничтожение всякой частной собственности. Следовательно, частной собственности КАК ТАКОВОЙ.

И если уж ты преодолел частную собственность «вне себя», то, само собой разумеется, что ты же преодолел её и «в себе».

То есть, ты – беспощадный враг частной собственности… НА МЫШЛЕНИЕ.

…Ан, нет! Приходит «парторг» и говорит: «Слухай сюда! Я – парторг. Кто против меня – тот враг человечества. Ибо он – враг марксизма! Почему? Так, марксизм же - знамя человечества, победившего капитализм. А он, шельмец (=антисоветчик, политически незрелый, идейно неустойчивый, нескромный… и т.д.), он же МЕНЯ НЕ СЛУШАЕТСЯ! …Запишите в протокол».

Иными словами: марксизм-ленинизм есть упразднение всякой частной собственности. Но, ведь, ВОЗМОЖНА же частная собственность и НА САМ МАРКСИЗМ-ЛЕНИНИЗМ!

Вот «парткомовский-то марксизм» и ПРЕВРАЩАЕТ эту «возможность» - в действительность.

Ему для этой «почетной работы» нужны и «кадры». Боюсь, что ИМЕННО ТАКИЕ, как и наш, глубоко уважаемый, Анатолий Игнатьев. Боюсь, что он искренне убежден, что гнобя «ильенковщину», он борется за «чистоту» марксизма-ленинизма. А поскольку культуры, эрудиции и логического таланта у него еще нет, то, дабы угодить своему Парторгу, он, «для верности», гнобит ильенковщину в «лице… аж самого (!) Ильенкова»… Вот, мол, я какой! Глядите, товарищи дорогие… Ну, Бог с ним.

 

…По предмету разговора. Наш разговор весьма предметен в обмене мнений между Бунтарем и Племянником Рамо.

Но, чтоб проникнуться его резонами еще более, не хватает, по-нашему, одного. А именно: поясните же, что такое для вас обоих «ОТКРОВЕННО ИДЕАЛИСТИЧЕСКИЕ ИДЕИ»?

Иначе пока не вполне ясно, В КАКОЙ именно ПЛОСКОСТИ каждый из оппонентов отстаивает свою научно-теоретическую состоятельность.

И свою правоту.

Сколарх "Философского клуба" сайта "ПОЛИТУЧЁБА"

 

Племянник Рамо

 Заголовок сообщения:

 Добавлено: Пн дек 03, 2007 10:08 pm

Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680         Публицист

Цитата:

Но, чтоб проникнуться его резонами еще более, не хватает, по-нашему, одного. А именно: поясните же, что такое для вас обоих «ОТКРОВЕННО ИДЕАЛИСТИЧЕСКИЕ ИДЕИ»?

Это - не ко мне, это - к оппоненту. В моем лексиконе таких конструкций нет.

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

Публицист

 

Зарегистрирован: Чт мар 01, 2007 7:30 pm

Сообщений: 94

Откуда: Екатеринбург

 Видя замешательство участников данной ветки, в определении идеального предлагаю ознакомиться с дискуссией участников «круглого стола» по проблеме ИДЕАЛЬНОГО, в котором принимали участие ряд известных советских философов.

РЕТРО – ФИЛОСОФИЯ I (2)

ФИЛОСОФЫ ЗА «КРУГЛЫМ СТОЛОМ»

 

АНАТОМИЯ ИДЕАЛЬНОГО.

Начало всесторонней перестройки социальной деятельности связано с перестройкой самого сознания, отказом от сложившихся стереотипов мышления. Вынося проблему идеального на обсуждение, участники всесоюзного по своему составу «круглого стола» избрали форму полемики с некоторыми устоявшимися, весьма распространенными и по существу неверными позициями. И не случайно. Ведь «атмосфера творчества, которую партия утверждает во всех областях жизни, особенно плодотворна для общественных наук. Мы надеемся, что она будет активно использована… для смелой, инициативной постановки новых проблем, для их творческой теоретической разработки», - сказано в Отчётном докладе XXVII партийному съезду.

А, ведь, она – вечно нова и всегда актуальна – эта старая проблема идеального…

Участники «круглого стола» по проблеме ИДЕАЛЬНОГО: доктор философских наук, профессор А.Н.Шимина (Воронеж), кандидаты философских наук С.З.Гончаров (доцент Свердловского инженерно-педагогического института), А.А.Сорокин (старший научный сотрудник Института философии Ан СССР, г. Москва), И.М.Мануйлов (доцент Пензенского завода-втуза), А.А.Хамидов (старший научный сотрудник Института философии и права АН КазССР, г. Алма-Ата), В.И.Полищук (доцент Тобольского пединститута), Л.К.Самойлова (старший преподаватель Куйбышевского медицинского института).

«Круглый стол» ведёт учёный секретарь Уральского отделения Философского общества СССР, АН СССР В. А. МОЛЧАНОВ.

В.А. Молчанов. – Есть такая пословица: «Все умные думают одинаково». Рассказывают, что индийский падишах Акбар усомнился в её истинности. «Как же так? Головы у всех разные, а мысли в них одинаковые?» – удивился он. И визирь падишаха Бирбал решил ему это доказать. Он приказал садовникам спустить воду из большого бассейна в саду, а опустевший водоём велел покрыть большой белой простынёй. Потом разослал по всему Дели глашатаев, котоорые объявили приказ: каждый горожанин должен принести в шахский сад кувшин молока и вылить его в бассейн.

К вечеру горожане потянулись с кувшинами в дворцовый сад. Приподнявши простыни, они опорожняли кувшины. Каждый из них – молодой и старый, бедный и богатый, мужчина и женщина, мусульманин и индус – были себе на уме, рассуждая так: «В бассейн нальют так много молока, что не беда, если я вылью кувшин воды, благо вечером не видать».

Наутро падишах и Бирбал пришли к бассейну. Бирбал приказал садовнику снять простыню. И что же? Бассейн был полон воды, в нём не было ни капли молока.

- Покровитель бедных! – обратился Бирбал к оторопевшему повелителю. – Все умные думают одинаково. Теперь вы убедились, сколь правдива эта пословица. Не так ли? Суть её вот в чём: про любое дело люди рассуждают по-разному, кто во что горазд. Но коль затронешь их корысть – тут все рассудят одинаково…

А каковы же выводы относительно предмета нашего разговора? Во-первых, существуют некие общие для всех людей схемы их духовной работы. Такие, например, как «добро и зло», «ум и глупость», «прекрасное и безобразное», которым подчиняется в данную историческую эпоху каждая отдельная человеческая голова. Во-вторых, схемы эти в сознании отдельной головы не возникают, а проявляются. В-третьих, возникают и формируются они прежде всего в стихии человеческих потребностей и интересов, реальных дел и поступков.

А.А.Сорокин. – Так что же такое идеальное? Это – форма вещи, но существующая вне самой этой вещи. А где же тогда? В деятельности людей. В виде внутреннего – «субъективного» – основания, способа предметной деятельности общественного человека. Причем под «формой вещи» надо подразумевать не просто внешнюю, чувственно-воспринимаемую форму вещи (хотя и это тоже имеется ввиду), а форму внутреннюю, т.е. сущность данной вещи, закон её существования, возникновения и развития. Пространством, внутри которого возникает и реализуется идеальное, является прежде всего пространство материально-производственной деятельности людей. В силу общественного разделения труда идеальное постепенно превращается в особую и относительно самостоятельную форму человеческой деятельности, развёртывается в целый мир специализированных форм, таких как наука, искусство, религия, мораль или право.

С.З.Гончаров.- Идеальное и есть форма вещи, но существующая вне вещи, в деятельности человека. Поэтому такая форма не обладает материальным качеством. Реальная вода может замерзать или кипеть, а идея воды не может ни того, ни другого. Очерченные Вами мысли замечательного советского философа Ильенкова в понимании идеального сообщили советской философии мощный импульс и сплотили молодых философов, педагогов и психологов в своего рода «ильенковские школы» в Москве, Алма-Ате, Ростове-на-Дону. Эти работы – жемчужина философского творчества, пример того, как философ-партиец не крикливо, без претензий на новаторство в пустяках, с ясных позиций рабочего класса и во всеоружии марксистско-ленинской диалектики работал свыше 25 лет над центральной проблемой философии, чтобы помочь рабочему классу, партии верно осмыслить злободневные проблемы наших дней с позиций революционного мышления.

И.М.Мануйлов. – Каково же было моё удивление, когда я взял в руки книгу Д.И.Дубровского «Проблема идеального», выпущенную издательством «Мысль» в 1983 году, и узнал, что «исходное определение идеального» в системе марксистского знания – это трактовка идеального как субъективной реальности. В противном случае категория идеального утрачивает смысл», - пишет автор (с.18 – выделено курсивом).

А.А.Хамидов. – Позиция Д.И.Дубровского не только в решении, но и в самом выборе условий постановки проблемы идеального находится ниже всякой критики, исходящей из принципов материалистической диалектики. Ведь здесь за точку теоретического отсчёта принимается то, что в классической философской традиции получило название «дурной индивидуальности». В этой связи под видом раскрытия сущности идеального фактически описываются эфемерные психофизиологические состояния эмпирического индивида. Причем совершенно безразлично: кто этот индивид? То ли большой мыслитель, то ли большой мещанин.

И.М.Мануйлов. – Книга Д.И.Дубровского привлекла мое внимание по следующим причинам. Во-первых, в ней развивается взгляд на природу идеального, свойственный здравому смыслу многих людей. Перефразируя Вольтера, можно сказать: если бы в наши дни не существовало профессора философии, убежденного в том, что идеальное – это и есть психика отдельного человеческого индивида, то его следовало бы выдумать. Но уважаемый оппонент существует реально, его не надо выдумывать. В самом деле, в своей книге автор фактически пытается пересмотреть взгляд К.Маркса на «категории буржуазной экономии», которые, по словам автора «Капитала», представляют собой «общественно значимые, следовательно, объективные мыслительные формы для производственных отношений данного исторически определенного общественного способа производства – товарного производства». Однако полемика с Марксом по поводу существования «объективных мыслительных форм» ведётся не прямо, а косвенно, как спор с Э.В.Ильенковым. Почему же Д.И.Дубровский, будучи не согласен по этому вопросу с К.Марксом, воюет с Э.В.Ильенковым?

Однако морализирование по этому поводу оставим психологам и моралистам. Вслед за Спинозой будем помнить, что дело философа – не оплакивать и не осмеивать, а понимать их.

С.З.Гончаров. – В этой книге шумной критике подвергается мысль Ильенкова о том, что идеальное существует не в голове, а при помощи головы в трёхмерном пространстве реальной человеческой деятельности. Но ведь идеальное вообще, и мышление в частности, выражается не только в слове (как у болтунов), но, ещё лучше, в деле. «Разве язык слова, - восклицает Маркс, - это единственный язык мысли?» Разве в паровой машине механик выражает свое мышление менее внятно, чем в слове? Разве идеи ленинизма, овладевшие массами, не воплощаются в поступки и дела миллионов? Материализм же не диалектический, вульгарный, «глупый» (Ленин) считает этот способ единственно возможным и потому сводит идеальное к нейрофизиологическому, информационному процессу, протекающему в мозговой ткани, и никак не связанному с экономикой и политикой.

В.А.Молчанов. – Иными словами, ход мысли здесь таков: если идеальное существует как функция мозга при помощи отдельной человеческой головы, то мозг отдельной головы и есть причина идеального. Это всё равно, как если бы сказали: раз ёлочку приходится рубить при помощи топора, то топор и есть причина срубленной ёлочки. И на этом «основании» отказались бы платить штраф леснику. А для пущей важности сослались бы, естественно, не на правоведение, а на науку… ну, скажем, «топороведение» или «топорологию»…

И.М.Мануйлов. – Конечно. Ибо из верного суждения: «психика отдельного человеческого индивида – идеальна» по правилам логики не следует вывода: «идеальное – это и есть сознание, психика отдельного человеческого индивида», а следует лишь такой вывод: «один из видов идеального – это и есть психика отдельного человеческого индивида».

Как глубокомысленно замечал в подобных случаях Козьма Прутков:

Антонов есть огонь,

Но нет того закону,

Чтобы огонь всегда

Принадлежал Антону.

На это обстоятельство обращает внимание своего оппонента Э.В.Ильенков в статьях «Проблема идеального», опубликованных в журнале «Вопросы философии» № 6 и № 7 за 1979 год уже после смерти философа. Эвальд Васильевич с самого начала предельно ясно ставит проблему идеального как проблему собственно философскую. В отличие от Д.И.Дубровского, он считает, что область идеальных явлений не замыкается всецело под черепной крышкой мыслящего индивида, а включает в себя, прежде всего, сферу духовной культуры человечества во всём её многообразии. Это область не индивидуального, а коллективного, общественного сознания.

Л.К.Самойлова.- Раз уж не всё идеальное является психическим, то и далеко не всё психическое является идеальным. Но если сказать, что любое явление человеческой психики идеально, то нужно будет признать, что эта категория применима и для характеристики психики животных, имеющей общие черты с психикой человека. К такому выводу ведёт логика рассуждения Д.И.Дубровского. Такой подход заводит в тупик решение проблем общественного сознания и в теоретическом и в практическом планах.

А.Н.Шимина. - Решение фундаментальных для педагогики проблем тесно связано с категорией идеального. Концепция «идеальное – субъективная реальность» замыкает идеальное границами индивидуального сознания, по существу психологизирует его. Педагогически умное включение индивида в мир объективных идеальных форм культуры, возникших на базе совместной трудовой деятельности, предполагает, прежде всего, не внимание к особенностям индивидуального сознания, а организацию коллективистских форм общественной жизни и общественных отношений, так как идеальное вообще есть слепок и особая форма этих отношений.

С.З.Гончаров. – Индивидуалистический характер своей концепции Д.И.Дубровский обосновывает тем, что призывает читателя обратиться к достижениям «зоопсихологии», психофизиологии, нейрофизиологии, нейропсихологии, нейролингвистики, нейрокибернетики» и другим «нейро». Свои раздумья об идеальном Д.И.Дубровский подытоживает так: «И пусть эта вольность нашей субъективности, которая в своей необузданности, гордыне и лицемерии с собой, в своей мелкой амбициозности, но вместе с тем в поиске своей подлинности… рождает химеры, воздушные замки, утешительные иллюзии, ложные веры и маниакальные идеи, пусть лишь изредка мелькнёт в этой субъективной своевольности совпадение с объективностью и подлинная ценность – в ней всё равно проявляется проблемно-творческая суть человеческого духа…». Эту сумбурную выспреннюю фразеологию пусть читатель оценит сам.

Книга Д.И.Дубровского дезориентирует и идеологических работников, ибо в ней идеальное (идеология, философия, наука, искусство, мораль и прочее), а значит и идеологические процессы грубо сводятся к процессам психофизиологическим, протекающим в голове Робинзона-одиночки.

В.А.Молчанов. – Но ведь в нашей философской литературе последнего времени неожиданно для философской общественности определилась ещё одна позиция по отношению к интересующей нас проблеме…

С.З.Гончаров. – Позиция Ильенкова критикуется ныне не только «справа» (Дубровский), но и «слева» М.А.Лифшицом. Словом, если Дубровский смешивает идеальное с материальным с позиций упрощенного материализма, то Лифшиц, как нам кажется, - с позиций эстетики.

В.И.Полищук. – М.А.Лифшиц сделал большое дело, умно обратив ещё раз внимание на проблему идеального, а также на философа Ильенкова. Ильенков не впадал в крайности, держался меры в понимании природы идеального или, как сказали бы мы, понимал идеальное как меру природы и общества, следовательно, и как идеал.

А.А.Сорокин. – Суть расхождений трёх указанных подходов можно подытожить так: с одной стороны, мы имеем дело с социально-исторической, деятельностной трактовкой идеального у Э.В.Ильенкова, с другой – с крайним «объективизмом» М.А.Лифшица и не менее крайним «субъективизмом» Д.И.Дубровского.

А.А.Хамидов. – Позицию Э.В.Ильенкова я считаю намного ближе к истине, нежели позиция М.А.Лифшица. Э.В.Ильенков активно апеллировал к «Капиталу» для доказательства объективности идеального.

Однако он абстрагировался при этом от того, что цена, например, это не только идеальный феномен, но так же и феномен отчуждённый, вещный. От того, что она есть превращённая форма с присущим ей моментом иррациональности. А делать этого нельзя.

В.А.Молчанов. – По существу это и есть основная претензия М.А.Лифшица к Э.В.Ильенкову. И формулирует её Лифшиц так: «Как нам здесь из церебрального рабства не попасть в рабство социологическое?»

Коллективный солипсизм мало чем отличен от индивидуальных завихрений.

…Читатель, знакомый с книгой Э.В.Ильенкова «Диалектическая логика», помнит, что в очерках о Спинозе и Гегеле отличие превратной идеальности от идеальности подлинной, совершенной, субстанциальной доводится им до различия между философским идеализмом и философским материализмом.

С.З.Гончаров. - Слов нет спор М.А.Лифшица с Э.В.Ильенковым очень содержательный, он показывает перспективы исследования идеального по таким, например, направлениям, как идеальное и его конкретные формы; идеальное и идеал; идеальное, идеология и идеологические отношения; роль идеального в общественном жизненном процессе. Для обсуждения этих проблем Уральское отделение Философского общества СССР могло бы провести конференцию в Свердловске. Обсуждение же этих проблем будет содержательным и острым, если оно будет базироваться не на данных «зоопсихологии с её впечатляющими успехами», а на реальных проблемах наших дней – на материалах XXVII съезда КПСС, публикациях в центральной печати накануне и после съезда, на философском наследии Маркса, Энгельса, Ленина. Правда, некоторые философы проблему идеального считают такой «идеальной», такой «небесной», что попытки заземлить эту проблему расценивают как «профанацию» философии, забывая мысль Маркса – «как философия находит в пролетариате своё материальное оружие, так и пролетариат находит в философии свое духовное оружие» (т.1, с. 423).

 

В.А.Молчанов. – Что ж, пожелание это вполне можно реализовать. В ноябре этого года Уральское философское общество совместно с активом широкой философской общественности г. Свердловска будет проводить конференцию по проблеме идеального.

 

Приглашаются все заинтересованные и желающие.

 

( ВЕДУЩИЙ: В газетную публикацию «Круглого стола» вошел далеко не весь объём выступлений его участников…)

 

«Наука Урала» № 24 (268), среда, 18 июня 1986 г.

ЕЖЕНЕДЕЛЬНИК ОРДЕНА ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

УРАЛЬСКОГО НАУЧНОГО ЦЕНТРА АН СССР

 

Бунтарь   Заголовок сообщения: Добавлено: Пн дек 17, 2007 11:19 am 

 Зарегистрирован: Сб ноя 12, 2005 12:05 pm

Сообщений: 259

Откуда: Мировая Коммуна  Гегелевский феномен современности, или Насколько Гегель близок к модерну

Марина Быкова

II. Спекулятивная онтология Гегеля как один из важнейших теоретических результатов его критики метафизики

Чтобы понять данный феномен Гегеля и его философской теории, — назову его феноменом современности, — предлагаю, прежде всего, обратить внимание на некоторые аспекты онтологии Гегеля, которые позволяют говорить об отказе философа от онтологии Нового времени и даже предполагают шаги к переосмыслению новоевропейской онтологии вообще.

Свою онтологию Гегель развивает в процессе критики традиционной онтологии или, если говорить более точно, — ее содержание развертывается в контексте реализации осуществляемой Гегелем широкой программы критики метафизики. Поэтому представляется важным рассмотреть опорные моменты гегелевской программы критики, обратив при этом особое внимание на те, которые являются определяющими при формировании новой онтологии.

Критика метафизики выступала как основополагающая установка и одновременно существенная содержательная часть гегелевской философской системы. Известно, что одной из основных теоретических интенций Гегеля было построение новой метафизики, которая бы не предшествовала логике, а по своему содержанию совпадала бы с ней и таким образом задавала бы всеобщие законы логики и самого мира не из вне, а внутри самой логики[5]. Развертывание такой метафизики означало для Гегеля построение абсолютной спекулятивной науки, — науки логики, — которая не только фундирует все системное развитие, но и является способом завершения метафизики, включающей в себя критику традиционной классической метафизики[6]. Вот почему все философское повествование, развертывание теоретического содержания, и прежде всего, логики подчиняется у Гегеля принципу, отстаивающему единство критики и изложения.

Составляя существенную содержательную часть философии Гегеля, его концепция критики отличается своей систематичностью. Причем не только потому, что стремится постичь свой предмет во всей его полноте, а прежде всего в силу того, что она, являясь совершенной экспликацией своего предмета, — метафизики с ее основополагающими установками, — воспринимается как интегральный момент в систематическом развертывании абсолютно мыслящего разума, или абсолютной субъективности как таковой. Данное толкование характерно для “Науки логики” и особенно детально разработано Гегелем в “Энциклопедии философских наук”[7]. Заметим, что Гегель, конечно же, не определял конкретно свою программу критики с самого начала. Хотя уже в 1801 г. в Йене указывал на критику как на необходимый момент в развитии философии.

При этом гегелевская критика принципиально отличается от кантовской критики метафизики, являвшейся первой в истории философии критической рефлексией на содержание классической метафизики. И дело здесь не cтолько в том, что Гегель и Кант по-разному оценивали достижения традиционной метафизики и в своем критическом отношении к ней отстаивали различные философские позиции. Скорее речь идет о разных типах критики метафизики, о разных подходах к самой критике, о различном понимании ее задач и целей. Если попытаться коротко, в общих чертах, определить данное отличие, то можно сказать, что кантовская критика была в большей степени деструктивно-разрушающей. Она выступала как негативная критика, ставившая под сомнение саму возможность существования метафизики как науки, во всяком случае, в ее традиционной форме. Гегель же, наоборот, отстаивал позиции конструктивной, созидающей критики. Она с самого начала велась от имени “истинной метафизики”, или метафизики, уже являющейся наукой, в качестве которой выступала спекулятивная логика. Выводя предметы метафизики за пределы знания, и делая их принципиально непознаваемыми, Кант в своей критике по существу разрушает сами основания метафизики. Метафизика как наука “о необходимых понятиях..., предмет которых, однако, не может быть дан в опыте, — пишет Кант, — сама по себе ... диалектична и обманчива”; она должна быть “заменена трансцендентальной критикой разума”[8]. Гегелевская критика метафизики оказывается в этом смысле как бы “возвращением” к метафизике и ее фундаментальным принципам[9]. И как таковая в качестве одного из важнейших элементов включает в себя “защиту” метафизики от трансцендентальной философии (и в первую очередь, философии Канта). “...Поскольку наука и здравый человеческий смысл способствовали крушению метафизики, казалось, что в результате их общих усилий возникло странное зрелище — образованный народ без метафизики, нечто вроде храма, в общем-то разнообразно украшенного, но без святыни”[10].

При этом своеобразие гегелевской критики метафизики состояло в том, что она разворачивалась Гегелем как продолжение и завершение критики метафизики Кантом. Причем такое завершение, которое должно было, по мысли Гегеля, стать полным, абсолютным завершением всей европейской метафизики вообще. А в силу того, что абсолютность может быть, по Гегелю, характеристикой только спекулятивно-диалектической науки (или самоосуществленного абсолютного знания), критика метафизики выступала у него как ее имманентное теоретическое обоснование, как сама систематическая экспликация чистых определений абсолютного знания, в которых оно мыслит и познает самое себя.

Критика есть для Гегеля необходимое измерение систематически-имманентного научного изложения спекулятивного философского знания. Ибо философия Абсолюта может добиться требуемого в ней тождества (тождества субъективного и объективного, единичного и всеобщего), составляющего ее основной содержательный момент, только благодаря отказу от философствования в терминах внешних образов рассудка — что было характерно для традиционной метафизики — и снятию их в качестве имманентных ей внутренних рациональных образов или чистых мыслительных определений логики, не просто обладающих реальностью, но и фундирующих само бытие. Здесь Гегель стремится методологически обосновать свою идеалистическую онтологию как теорию сущего. Ее задачу он видит не только в том, чтобы поставить в связь определения, в которых выражается значение сущего, — что соответствует традиционному пониманию онтологии и было уже центральным моментом онтологии античности[11], — но одновременно и в том, чтобы развить эти определения из чистого мышления. Вот почему онтология совпадает у Гегеля по содержанию со спекулятивной логикой как теорией субъективности.

Онтологические определения выступают у Гегеля в качестве определений логики, имманентным принципом которых является чистый субъект. Развертывания онтологических и логических определений реально представляет собой генезис сложных структур чистого, мыслящего самого себя субъекта, который только в конце такого развития достигает полного понимания самого себя. Это целостное развертывание всеобщих определений чистого субъекта означает для Гегеля построение всеобщей онтологии, которая, будучи мыслима как некая мета-теория не может и не должна быть отличным от спекулятивной логики самостоятельным учением, а может быть развита только в качестве спекулятивно-идеалистической теории обоснования логики, которая имманентна самой логике и является ее существенным измерением.

Такова глубинная, не всегда проясняемая сущность того идейного замысла, который Гегель связывал с развиваемой им программой критики традиционной метафизики и ее основных методов. Рассмотрим более подробно то, как Гегель реализует данную программу. Не имея возможности останавливаться на конкретных деталях, моментах и ступенях реализации[12], обратимся лишь к тем принципам, которые так или иначе определяют развертывание гегелевской онтологии. Попытаемся более четко определить сам тип гегелевской критики и ее проблемное содержание.

Для этого предлагаю обратиться к гегелевской критике кантовского учения об антиномиях[13], в рамках которой, с одной стороны, раскрываются существенные моменты содержания самой программы критики метафизики, а, с другой стороны, формируются основные принципы идеалистической онтологии Гегеля. Сразу же хочу оговориться, что речь не идет о целостном и всестороннем рассмотрении гегелевской критики учения Канта об антиномиях. Скорее внимание будет обращено на ряд ее моментов, представляемых существенными для понимания сути гегелевской концепции критики метафизики, а также важнейших принципов, развиваемой в контексте этой критики собственной спекулятивно-диалектической метафизики и онтологии.

Собственно гегелевская критика метафизики берет свое начало в его всеобщей критике кантовского развертывания учения об антиномиях. Согласно Гегелю, предпринятая Кантом экспликация антиномий чистого разума не является полной и совершенной, ибо она ограничивается четырьмя космологическими антиномиями. При этом Кант совершает ошибку в описании метафизических позиций космологии. Он смешивает чисто категориальные отношения с содержанием представлений, а именно временных и пространственных представлений о мире. Гегель упрекает всю прежнюю метафизику в том, что она, предполагая некоторое представление (о мире, о душе, о боге), предписывала ему категории уже как данные, а не развивала логические определения сами по себе, или в качестве существующих для себя[14]. Данный упрек Гегеля, относящийся также и к Канту, лежит в основе его детально разработанной критики кантовского толкования и доказательства антиномий[15]. В кантовской концепции разрешения антиномий он находит объяснение субъективизму Канта и ограниченности разрабатываемой им критики метафизики. Кантовское разрешение антиномий есть, по Гегелю, только их перевод в “максимы субъективного познания”, т. е. их перемещение из объективного мира в мир конечного субъекта, и в силу этого превращение антитетики в чисто субъективный идеализм. Действительное разрешение антиномий заключено для Гегеля в принятии истинной бесконечности.

Рассмотрим более подробно, как Гегель понимает это разрешение на примере его критики первой антиномии Канта. Тем более, что в данной критике Гегель делает более явными свои системные идеи: разворачивая здесь концепцию спекулятивной критики метафизики, он разрабатывает основные принципы своей логики и онтологии.

В первой антиномии Канта обсуждается вопрос о способе существования совокупности явлений в пространстве и времени. Кант формулирует ее в виде контрарно противоположных тезиса и антитезиса: мир или ограничен, и потому конечен (тезис), или неограничен, и потому бесконечен (антитезис). Уже в самой такой формулировке предполагается космологическая постановка и решение проблемы. Речь идет о пространственном и временном бытии мира. В гегелевском же изложении кантовского проведения доказательства первой антиномии тема космологии отсутствует практически полностью; важнейшее космологическое содержание антиномии оказывается за рамками рассмотрения. И хотя в гегелевском изложении доказательства антитезиса речь идет не просто о мире как универсуме, а о мире как наличном бытии, в аспекте развертывания аргументации этот факт остается без внимания и не имеет для Гегеля принципиального значения. Этим по существу уже ставится под сомнение реальность космологической постановки вопроса, а также вся антитетика космологии, чьи проблемы, кстати, сохраняют свое содержание и по сей день. Гегель заявляет, что Кант свое исследование и развертывание содержания антиномии мог бы предпринять и в чистом времени и в чистом пространстве[16] и что-де приписываемый им здесь пространству и времени модус существования не имеет никакого принципиального значения для рассмотрения самого содержания антиномии.

Для доказательства тезиса Гегель обращается к аргументу о конечности времени: бесконечный временной ряд принципиально невозможен уже в силу того, что он является ограниченным в некотором “сейчас”. “Сейчас” в качестве границы времени толкуется Гегелем как некоторое прерывание временного ряда, и это означает, что уже в тезисе полагается граница, или конечность времени. И потому доказательство оказывается в принципе излишним. Но “сейчас” как граница реально делит время, временную последовательность на прошлое и будущее и одновременно относится к обоим: всякий момент “сейчас” в равной степени принадлежит к уже ушедшему прошлому и только еще грядущему — пусть и очень близкому — будущему. Стало быть “сейчас” может рассматриваться как количественная временная граница, прохождение которой обеспечивает попадание в беспрерывный временной прогресс. Таким развертыванием аргументации Гегель показывает, что тезис, — полагание в “сейчас” временной границы, — уже содержит в себе свою противоположность, — выход за пределы этой границы, переход в бесконечное. При этом сама идея, лежащая в основе доказательства тезиса и его диалектического проведения, — т.е. полагание границы, которая одновременно включает в себя и свою противоположность, собственное снятие, — независима, согласно Гегелю, не только от предмета представления, от самого мира, но даже и от времени и пространства; она является чисто категориальной. Отстаивание — в отличие от кантовского космологического — категориального содержания доказательства тезиса и его диалектическое развертывание и составляли цель гегелевской критики кантовского изложения.

Ту же цель преследует Гегель и выступая против кантовского доказательства антитезиса. Так же как и в случае с тезисом, это доказательство является излишним, ибо не может ничего прибавить к тому, что уже было выражено в антитезисе. Мир ограничен и его граница полагается в пространстве и времени. Но прохождение границы, выход в некоторое пустое время и пустое пространство означает одновременно переход в бесконечность. В пустом времени и пустом пространстве мир приобретает характер беспрерывного мира и превращается таким образом в бесконечный прогресс, который в самом себе содержит противоречие полагания границы и ее прохождения, выход за ее пределы в бесконечность.

Гегель не сумел заметить и оценить тот факт, что антитезис Канта был реально утверждением не только потенциальной, но и актуальной бесконечности пространственно-временного мира. И подобно тому, как в его критике кантовской антиномии оказалось утраченным важнейшее космологическое содержание, незамеченной осталась для него и кантовская идея относительно актуальной бесконечности мира. В этом смысле гегелевскую критику Канта, и в частности критику его учения об антиномиях, конечно, нельзя рассматривать как всестороннюю и исчерпывающую. Ее значение состоит скорее в том, что здесь Гегель прояснил свои спекулятивно-систематические интенции.

Если попытаться коротко сформулировать результаты гегелевской критики первой антиномии Канта с точки зрения развертывания его собственных идей и собственной концепции, то их можно представить в следующем виде. Во-первых, здесь Гегель показал, что сам антитезис, утверждающий пространственную и временную бесконечность мира, содержит в себе и свою собственную противоположность — полагание пространственной и временной границы мира. Это относится также и к тезису. Во-вторых, из гегелевского анализа содержания тезиса и антитезиса становится ясным, что для него идея, лежащая в основе их самих и их доказательства, принципиально независима ни от представляемого мира, ни от являющихся его характеристиками пространства и времени. Сама идея имеет для Гегеля чисто категориальное значение. Ибо и в тезисе, и в антитезисе, как считает Гегель, речь идет не более, чем о полагании количественной границы и снятии ее необходимым способом в бесконечном прогрессе.

 

Кантовская первая антиномия выступает поэтому для Гегеля лишь как конкретный пример категориального диалектического определения количественного бесконечного прогресса. Только Кант в своем разрешении антиномии переносит противоречие, принадлежащее, по Гегелю, самому понятию количественного бесконечного прогресса, в область субъективного и помещает его в мышлении конечного субъекта. Согласно же Гегелю, противоречие присуще самому миру и всему сущему; оно не является результатом мыслительной деятельности субъекта, а имеет объективную природу. В своем толковании антиномии Гегель, таким образом, реально сохраняет кантовскую идею потенциальной бесконечности, но понимает ее диалектически, как противоречие. При этом он выступает против субъективизации данного противоречия в трансцендентальном идеализме, т.к. все сущее уже само по себе является для него диалектичным. Истинное “разрешение” противоречия, а следовательно, и самой антиномии, Гегель видит в точке зрения, утверждающей, что эти, друг другу противоположные определения, являются моментами высшего, единого понятия, в котором выражается само сущее[17].

Таковы общие результаты гегелевской критики кантовского учения об антиномиях. Но эти результаты, как уже отмечалось, имеют и более широкое методологическое значение. Они позволяют, во-первых, определить специфический тип гегелевской критики метафизики, одной из частей которой — и весьма существенной — была критика Канта и его философской теории. И во-вторых, прояснить суть новизны гегелевской онтологии, прежде всего, по отношении к онтологии Нового времени.

Из представленного выше рассмотрения гегелевской позиции по отношению к кантовскому учению об антиномиях можно сделать вывод о гегелевском типе критики метафизики. Она является чисто категориальной и диалектической. Ее основное содержание составляют категориально-логические аргументы, и они направлены как против традиционной онтологии (metaphysica generalis), так и против традиционной гносеологии (metaphysica specialis). Если попытаться коротко обозначить основные специфические моменты, характерные именно для гегелевской критики метафизики, то можно выделить следующие два:

1) Гегелевская критика показывает, что все конечные онтологические определения, — как их представляет традиционная онтология, — уже изначально содержат в себе свою противоположность. Они, таким образом, диалектичны и имеют значение противоречия, которое, однако, снимается в их собственном развитии. Такое понимание онтологических определений уже было развито в кантовском учении об антиномиях, что признает и сам Гегель. Однако свое систематическое завершение и теоретическое закрепление оно получает в учении о чистых понятиях конечного, развитом в гегелевской ранней логике и позже — в теории диалектического развития категорий в его спекулятивной логике. Критика конечных категорий выступила здесь в качестве подготовительной ступени для познания Абсолютного и бесконечного, уже содержащего в себе конечные определения в их противоположности. Эта гегелевская критика относится, конечно, не только к традиционной онтологии, — включающей для него и философию Канта, — но также и ко всей более поздней философии рефлексии, которая сама, правда, не рассматривала себя в качестве метафизики.

2) Гегелевская критика метафизики направлена против концепции, утверждающей наличие чистых субстратов представлений. Данная концепция была важнейшей составной частью аргументации metaphysica specialis и лежала в основе традиционной гносеологии. Согласно ей чистое содержание мысли заключается только в категориях как чистых логико-онтологических определениях. Именно такой тип аргументации был, по Гегелю, свойственен кантовскому описанию антиномий. Их критика становится поэтому составной частью критики метафизики вообще. Мир для Гегеля познаваем в целом и до конца. В силу чего все сущее может и должно быть предметом познания, причем не некоего сверхчувственного познания, а познания в мышлении. Категории есть в этом смысле утверждение реальности бытия и его собственных определений. Их дедукция собственно и составляет цель науки. Гегель требует лишь различать чистые понятия сущего и конкретные содержания, которые являются результатом опыта. Эти конкретные содержания также как и чистые понятия имеют реальное существование и могут быть предметом представления или мышления. Их существенное отличие от чистых понятий состоит лишь в том, что они по своей природе не являются чисто логическими определениями, а постигаются в опыте. И поэтому они еще должны в логике доказать свою истинность, раскрыть себя и прояснить свое содержание в терминах чистых логико-онтологических категорий.

Таким образом в своей критике метафизики Гегель развивает собственную идеалистическую онтологию. При этом задачу онтологии он видит не только в том, чтобы представить в связи определения, в которых мыслится и выражается значение сущего как такового, но одновременно и в том, чтобы эти определения развить из чистых категорий логики, из чистого абсолютного мышления. Такое категориальное развитие есть для Гегеля диалектика. Рассмотренное логико-онтологически это категориальное развитие предстает в качестве развертывания определений чистого субъекта, мыслящего самого себя.

Гегелевская категориальная и диалектическая критика метафизики поэтому результируется в идеалистической онтологии, разворачивающей свое содержание как системное научное знание. Действительным изображением этой онтологии является для Гегеля его спекулятивная логика, реально выступающая в виде теории чистой абсолютной субъективности. Именно в теории абсолютной субъективности Гегель обосновывает принципы своей всеобщей онтологии. Гегель рассматривает определения бытия и сущности, выражающие само сущее и его значения, как необходимые моменты абсолютного мышления или мышления, мыслящего самое себя. В диалектическом движении эти определения сменяют одно другое и в итоге снимаются в других, более развитых понятийных определениях. Но в этом снятии они сохраняют свое собственное значение и остаются действительными определениями сущего. Они образуют важнейшие пункты, фазы диалектического движения и потому являются необходимыми содержательными моментами диалектического развития. Снятие определений бытия и сущности в понятии выражает диалектику движения определений сущего. В своем полном развертывании эта спекулятивная диалектика означает для Гегеля утверждение мыслящего себя чистого мышления как мышления абсолютной субъективности. Именно абсолютная субъективность выступает для него последним метафизическим обоснованием диалектического развития и изменения значений онтологических определений. Они фундируются в гегелевской онтологии в мыслящем себя мышлении абсолютной субъективности и только в нем обретают свою действительность и действенность.

Онтологические и логические определения и их движение по существу описывают у Гегеля формирование и развитие сложных структур чистого мыслящего себя субъекта, которому только в конце удается достичь полного понимания самого себя. Поэтому гегелевская всеобщая онтология, которая методически может быть понята как теоретический результат его критики метафизики, реально выступает в качестве теории абсолютной субъективности, взятой в ее целостном развитии. По своему проблемному содержанию она является обоснованием систематической истории самосознания и ее цель состоит, во-первых, в эксплицировании связей определений чистой субъективности, обуславливающих единство процесса ее полного и совершенного развертывания, и, во-вторых, в выведении данных определений из актов чистого мышления.

Осуществляется это посредством диалектического движения категорий, которые, будучи поняты, подобно Канту, как онтологические мыслительные определения, есть у Гегеля не просто моменты логического единства, а обладают — в отличии от кантовских — онтологической действительностью, суть которой в самообъективации мыслящего себя чистого Я. Таким образом, Гегель устанавливает связь между конституированием объектов, объективной реальностью в целом и мыслительным самоотношением. Мышление обосновывается в самомышлении чистого субъекта, который в качестве спекулятивного понятия раскалывается в суждении и затем обретает понятийное единство в выводе. В этом само-постижении (Sich-Selbst-Begreifen) чистый субъект одновременно достигает и онтологического познания самого себя. Так Гегель онтологически обосновывает свою теорию абсолютной субъективности, которая, являясь важнейшим результатом гегелевского системного построения, одновременно, как уже отмечалось, представляет собой один из наиболее ярких и выразительных примеров “современности” философа и, таким образом, одним из важнейших аргументом в дискуссии о принадлежности Гегеля к модерну.

 

________________

"Всякий антикоммунист - собака"

 

Жан Поль Сартр

 

Ильенковец   Заголовок сообщения: Добавлено: Ср янв 09, 2008 3:39 pm 

 Зарегистрирован: Ср янв 09, 2008 3:16 pm

Сообщений: 110  Несколько слов об Ильенкове

 

«Вестник МГУ: Философия», 1 (1990), с. 57-63

В минувшем 1989 году мы отметили две даты, связанные с именем одного человека, – 65-летие со дня рождения и 10-летие со дня смерти Эвальда Васильевича Ильенкова. Он принадлежал к немногочисленной плеяде выдающихся философов-марксистов, которые творчески развивали революционную науку, несмотря на сложившийся в СССР шестьдесят лет назад режим, так сказать, наименьшего благоприятствования.

Отношение к Ильенкову со стороны официальной науки лучше всего, пожалуй, выразил его бывший товарищ А.А. Зиновьев в дружеском шарже, когда они еще вместе делали знаменитую на всю Москву стенгазету Института философии АН СССР. Ильенков изображен там колдующим над «черным ящиком», а с портрета на него косо и подозрительно взирает Гегель-Федосеев. Ильенков был философом на подозрении, хотя вся его «подозрительность» состояла только в том, что он, как и Сократ, говорил своим согражданам только одно: умейте думать, афиняне! Но думать в это время было не обязательно. Наука о мышлении, как говорят теперь, оказалась невостребованной. Это положение было типичным. Его вместе с Ильенковым – каждый по-своему – разделяли Л.С. Выготский и В.Ф. Асмус, А.Н. Леонтьев и М.А. Лифшиц, А.Ф. Лосев и Д. Лукач (кстати, со всеми этими людьми, кроме первого и последнего, Ильенков находился в довольно близких приятельских отношениях). До сих пор приходится удивляться тому, что было позволительно так относиться к интеллекту страны.

Э.В. Ильенков родился 18 февраля 1924 г. в Смоленске. Имя Эвальд было дано ему по тогдашней моде, чтобы подчеркнуть, что некрещеный: в православных святцах такого имени нет. Именно в то время появились многочисленные Генрихи, Нинели, Владлены, Октябрины и т.д. Однажды мне представили даже человека по имени Маузер. Таков был радикальный отказ от «старого мира», в котором, как мы сейчас убеждаемся, не всё заслуживало абсолютного отрицания.

Отец Эвальда, впоследствии видный советский писатель Василий Павлович Ильенков, вскоре после рождения сына переехал в Москву. Семья через некоторое время поселилась в одном из первых писательских кооперативных домов в проезде Художественного театра, на котором теперь, рядом с огромным термометром, висят мемориальные доски в честь советских поэтов Николая Асеева и Михаила Светлова. В этом доме в основном и прошла жизнь Эвальда Васильевича, за исключением тех лет, которые отняла у него война.

Эвальд Ильенков был человеком сугубо мирным, и военная служба для него, как и для многих его сверстников, стала суровой, хотя и осознанной необходимостью. Будучи в физическом отношении человеком отнюдь не могучим, он с честью прошел через суровые испытания Великой Отечественной командиром орудийного расчета, освобождал Белоруссию, брал Кенигсберг, а потом и Берлин. Война не сделала его более воинственным, но научила ненавидеть всякого рода мракобесие, явное или прикрытое демагогической фразой. Человек в общем мягкий и деликатный, легко прощающий обычные людские слабости, он был [57] абсолютно непримирим, когда дело касалось принципиальных вопросов марксистского мировоззрения. Из-за этого его часто упрекали в «нетерпимости» и «некритичности» к самому себе. Из-за этого же некоторые ныне здравствующие либерально настроенные интеллектуалы как будто бы стесняются своей былой дружбы с этим человеком.

В юности Ильенков проявлял большую склонность к искусству, литературе, музыке, в особенности к музыке немецкого композитора и мыслителя Рихарда Вагнера, в творчестве которого его привлекали космизм, идея трагедии абсолютной власти и власти золота, разрушающей все органические человеческие связи: узы дружбы, любви, крови. Сам впоследствии он высказывался в том смысле, что «Кольцо нибелунгов» – это «Капитал» К. Маркса, переложенный на музыку: та же критика отчуждения, если употреблять этот несколько неопределенный термин, превратившийся, по словам М.А. Лифшица, в предмет «научного мародерства» после того, как стали известны так называемые ранние работы Маркса.

Во всяком случае, поступив в 1940 г. в Московский институт философии, литературы и истории, специально философией Ильенков заниматься не собирался. Любовь к ней, прежде всего к немецкой классической философии и в особенности к гегелевской диалектике, ему привил известный в то время профессор Борис Степанович Чернышев, который заведовал кафедрой истории философии МИФЛИ и читал лекции по логике Гегеля. Лекции эти впоследствии были изданы, и если судить по данному тексту, профессор Чернышев не спешил, как это бывает при изложении положительного содержания гегелевской диалектики, ставить многозначительное «НО...», после которого следует обычное: Гегель «был идеалист», и потому его диалектика приходит в противоречие с идеалистической системой... Все это очень легко научаются произносить даже юноши, не одаренные очень большими философскими способностями. Однако о какой-то любви к диалектике, просто к истине в этом случае говорить уже не приходится.

Когда Ильенков после войны вернулся на философский факультет МГУ, который выделился в 1942 г. из бывшего МИФЛИ, профессора Чернышева там уже не было: в 1944 г. он умер. Но любовь к Гегелю с его диалектикой осталась у Ильенкова на всю жизнь.

 

Однако эта философская любовь, хотя она и была первой и Ильенков не изменял ей никогда, была все-таки не главной. Его главной философской любовью был Спиноза. И если кто-то, усомнившись в этом, хотя бы бегло прочитал начало большой работы о Спинозе, которую Ильенков всю жизнь собирался написать, но так и не завершил, то сомнения на сей счет тотчас же рассеялись бы. Спиноза был для Ильенкова вершиной домарксовского материализма, выше которой, как он считал, этот материализм не поднимался. В этом с ним отнюдь не все соглашались и не соглашаются до сих пор. Но объяснять это мнение только лишь «увлечением» Спинозой, видимо, все-таки нельзя. Во всяком случае здесь есть одна очень серьезная проблема, связанная с пониманием природы мышления. Ильенков считал, что Спиноза впервые дал четкое материалистическое определение мышления не как проявления некоей особой духовной субстанции, а как деятельности особого материального тела – деятельности по логике вещей вне этого мыслящего тела.

Такого определения мышления действительно никто из мыслителей до Спинозы не давал. Здесь он является прямым предтечей марксизма, считал Ильенков. Можно, разумеется, спорить и с этим и считать, что марксистское материалистическое понимание природы мышления [58] заключается в чем-то ином, например в получении, хранении и переработке «информации». Но это говорит только о том, что споры об историческом значении вклада того или иного мыслителя оборачиваются спорами теоретическими. Точно так же и теоретические споры не могут выйти за рамки абстрактного теоретизирования до тех пор, пока они не опираются на исторические факты. Здесь Ильенков видел органическую связь теории, или логики, с историей и искал в ней ответов на теоретические вопросы, ибо ни одна марксистская истина, в чем он был убежден, не есть «голый результат», оставивший позади себя тенденцию, а результат вместе со своим становлением.

Не случайно в качестве темы кандидатской диссертации Ильенков, когда по окончании философского факультета он был оставлен в аспирантуре, выбрал проблему диалектики логического и исторического, иначе – проблему историзма Марксова метода, примененного им, в частности, в «Капитале». Идеи этой диссертации в значительной мере легли в основу большой работы «Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом мышлении», которая была им написана в 1956 г. и в урезанном виде, после четырехлетних мытарств, опубликована под названием «Диалектика абстрактного и конкретного в «Капитале» Маркса», когда Ильенков был уже сотрудником Института философии. Но до этого произошло еще одно знаменательное событие, которое заслуживает упоминания в анналах истории советской философской мысли.

Где-то в середине 50‑х годов Эвальд Ильенков и еще один отчаянный фронтовик, Валентин Коровиков, выступили с простыми и ясными, как им казалось, идеями, нет ни «диамата», ни «истмата», а есть материалистическая диалектика и материалистическое понимание истории. Эти идеи и сейчас, в годы перестройки, никак не выйдут из эмбрионального состояния, а в то время выступление с чем-то подобным было равносильно самоубийству. «Куда они нас зовут, Ильенков и Коровиков? – заявил тогдашний декан философского факультета профессор В.С. Молодцов. – Они зовут нас в душную сферу мышления». Уже только по одному этому замечанию можно судить о тогдашнем состоянии нашей философии. После этого два друга вынуждены были уйти с философского факультета МГУ, один вообще из философии – это ныне известный корреспондент «Правды» В. Коровиков, – другой в академический институт.

В центре внимания Ильенкова всегда находились проблемы познания, проблемы диалектической логики, понятой как наиболее общая и конкретная теория мышления. Многим в 50‑х годах это казалось (а некоторым кажется до сих пор) отступлением от марксистской ортодоксии, согласно которой материальное бытие первично, а мышление только вторично. Эту основную истину всякого материализма Ильенков никогда не забывал. Но он также отдавал себе ясный отчет в том, что никакая философия не может охватить собой все материальное бытие, всю природу и всю общественную жизнь, – здесь ее уже давно потеснили многочисленные специальные науки. Можно, конечно, продолжать спорить о том, что же из состава материального бытия осталось на долю философии, за исключением того, что взяли себе физика, химия, биология, космология и т.д. Но то, что мышление, его основные формы и законы были и остаются предметом философии, – это совершенно бесспорно. И здесь, как говорится, работы непочатый край. Что же касается материального бытия, самой объективной реальности, то основные мыслительные формы и есть формы самой реальности, так сказать, в снятом виде они, как определял их Ильенков, объективные формы [59] субъективной человеческой деятельности. Именно такой подход, считал он, обеспечивает неразрывное единство диалектики, логики и теории познания марксизма, за которое ратовал В.И. Ленин. Адекватная постановка проблемы состоит не в том, чтобы отделить мышление от материального бытия или, наоборот, материальное бытие от мышления, а в том, чтобы соединить то и другое, показать «посюсторонность» мышления, доказать, что оно не трансцендентно бытию, а имманентно ему.

В настоящее время даже те, кто разошелся (или никогда не сходился) с Ильенковым в отношении понимания сути человеческого мышления и сознания, не могут отрицать того факта, что именно он в значительной мере открыл направление марксистских исследований этих проблем в советской философии. До него подобное направление существовало, правда, в марксистской психологии и было представлено такими именами, как Л.С. Выготский и А.Н. Леонтьев. Но оно уже в 30-е, а затем в 40‑е и 50‑е годы было оттеснено более многочисленной и крикливой школой последователей павловской рефлексологии, которая и была официально признана в качестве «естественнонаучной основы» марксистской теории познания. Человек на долгие годы оказался низведенным до уровня собаки...

 

Надо отметить, что это было время, когда идея подведения под марксизм «естественнонаучной основы» господствовала в философском сознании. И это вполне объяснимо, в особенности в свете недавно опубликованных заметок академика В.И. Вернадского. Основная масса естествоиспытателей, которые марксизм знали только понаслышке, по понятным мотивам тяготела к так называемому естественнонаучному материализму и, столкнувшись с необходимостью как-то считаться с официальным «диаматом», интерпретировала его положения в терминах и представлениях, свойственных естествознанию: рефлексологии, дарвинизму, новейшей физике и т.д. «Диамат» тем самым превращался в естественнонаучный материализм, слегка помазанный сверху марксистским мирром, приправой из марксистских фраз о партийности, классовости, непримиримости идеализма и материализма и т.д. Получилась довольно парадоксальная вещь, которая нередко наблюдалась в истории: народ-завоеватель оказывается ассимилированным более многочисленным и культурным «порабощенным» народом. Именно это и произошло с нашей философией. Вернадский сетует на то, что естествоиспытателям навязывают чуждый их мировоззрению и методам их наук «диамат». Он говорит о том, что современному ученому гораздо ближе естественнонаучный материализм. Но этим самым он и выдает «тайну» превращения марксистской философии в сталинский «диамат», который держался до последнего времени тем, что служил чисто идеологической подпоркой для всякого рода авантюр в области естествознания, селекционной деятельности, общественной жизни и т.д. Именно этот «диамат» Ильенков не принял с самого начала и всегда относился к нему в лучшем случае иронически.

Кстати, поистине медвежью услугу оказал Ильенкову летчик-космонавт В.И. Севастьянов, настойчиво повторяя в послесловии к опубликованной недавно в журнале «Наука и религия» (1988, № 8, 9) его ранней работе «Космология духа», что идеи этой работы «не противоречат диамату». В том-то и дело, что противоречат, потому что они являются продолжением линии Спиноза – Маркс – Энгельс в понимании субстанциального единства мышления и «протяжения», т.е. материи и мышления, где последнее понимается не как случайный феномен, «акциденция», а как «атрибут», т.е. необходимо присущее материи свойство, которое она не может никогда утратить, как не может она утратить и [60] свойство «протяжения», т.е. способность быть телом. Это существенно иная, нежели «диаматовская», точка зрения, где мышление целиком сведено к мозговой «функции», т.е. к его чисто естественнонаучному пониманию.

В 60‑е годы Ильенков написал ряд очерков, которые предназначались для планировавшейся тогда в Институте философии АН СССР «Истории диалектики». По ряду причин эта «История» тогда не состоялась, но из уже написанных материалов по инициативе тогдашнего директора института П.В. Копнина Ильенковым была составлена докторская диссертация под названием «Проблема мышления в немецкой классической философии», которая и была при огромном стечении философской публики успешно защищена в 1968 г. Это произошло, так сказать, уже на излете хрущевской «оттепели», после чего над советской философией снова опустился мрак, конца которого Ильенков уже не дождался: 23 марта 1979 г. его не стало, или, как сказано в одном романе, он перестал быть.

Ко второй половине 60‑х годов относится и один малоизвестный, но любопытный эпизод, который проливает свет на суть взаимоотношения развиваемой Ильенковым линии в марксистской философии (сейчас почти официально признано, что марксизм допускает некоторый философский «плюрализм», поэтому мы и можем себе позволить говорить о «линии Ильенкова») с другими областями знания, в частности с естествознанием. В то время журналом «Коммунист» академику Н.Н. Семенову была заказана статья по методологическим проблемам современного естествознания. Обычно естествоиспытатели, даже рангом пониже, чем Н.Н. Семенов, считают, что уж чего-чего, а «философию»-то они знают, и чаще всего с полным сознанием своего превосходства пишут ужасные философские глупости. Иначе отнесся к делу Н.Н. Семенов: он обратился в Институт философии с просьбой порекомендовать ему консультанта. Ему предложили на выбор нескольких специалистов, в том числе Ильенкова, который после короткого знакомства больше всего его устроил. После этого маститый ученый в течение двух месяцев не реже раза в неделю аккуратно посещал квартиру в проезде Художественного театра и прошел короткий, но основательный курс материалистической диалектики. О результатах и философских способностях «ученика» каждый может судить по статье Н.Н. Семенова «Роль марксистско-ленинской философии в современном естествознании» (Коммунист,1968, № 10). Позже она была напечатана в книге того же автора «Наука и общество» (Москва, 1973).

Этот случай, отнюдь не единичный, хотя и очень показательный, говорит о довольно плодотворных контактах Ильенкова с людьми самых различных специальностей, которые (в чем, видимо, и состоит отличительная особенность настоящего ученого) имели желание и готовность узнать для себя что-то новое и интересное.

Ирония судьбы такова, что если Ильенкова в 50‑х годах обвиняли в «гносеологизме», то в последнее время его обвиняли в отрицании «специфики» мышления, т.е. в прямо противоположном грехе. Но это не отражение колебаний «линии» Ильенкова, а одна из превратностей судеб марксистской философии, повторяющих превратности нашей истории.

Здесь мы имеем еще один вариант повторения исторической драмы, но не в виде фарса, а в форме событий, в общем-то тоже близких к драматическим. Имеется в виду история борьбы Ленина с философским ревизионизмом теоретиков II Интернационала, у которых логика и теория познания совершенно отделились от диалектики, превратившейся в [61] результате такого отделения в очень абстрактную и одностороннюю теорию развития, как это произошло в особенности под пером К. Каутского. Именно тогда сложилось твердое убеждение в том, что марксизму «не хватает» своей теории познания и логики, которые-де должны быть заимствованы у современных естествоиспытателей (Маха, Пуанкаре и т.п.). Ленин, когда он настаивал на том, что диалектика и есть теория познания марксизма, был слишком «правым» для людей типа А. Богданова, Я. Бермана и др., которые стремились создать теорию познания и логику, соответствующие «современной науке».

Если вернуться к нашим временам, то картина, если только произвести соответствующую замену имен, будет почти такая же: совсем недавно один уважаемый профессор с большим пафосом доказывал, что мы должны, так сказать, пройти по тропам В.И. Вернадского. Что же это за хвостистская философия, которая все время идет по следу современного естествознания и никогда его не обгоняет? Можно, конечно, воспринимать все это и как фарс, но это такой фарс, который доставил, по крайней мере, Ильенкову очень много огорчений.

Диалектика, логика и теория познания сходятся и совпадают только на основе деятельности, практики, функцией которых и является человеческое мышление. В настоящее время так называемый «деятельностный подход» давно уже стал своеобразной модой. Его всюду пытаются «применить», даже там, где это вовсе даже не требуется. Вследствие этого границы самого понятия «деятельность» оказываются настолько размытыми, что уже непонятно, что имеется в виду. Получается какая-то абстрактная активность на манер дурного фихтеанства. Для Ильенкова это был прежде всего труд, труд в первую очередь физический, создающий все материальные блага на Земле. К труду он всегда испытывал неподдельное уважение и сам охотно проводил время за изготовлением и совершенствованием аппаратуры, чтобы слушать записи любимого Вагнера по возможности без помех и искажений. В последние годы он успешно осваивал токарный станок и переплетное дело. Это не значит, что деятельность ученого – не труд, а означает просто, что в основе всех форм человеческой активности, познавательной и эстетической, политической и духовно-практической, лежит трудовая деятельность во всем многообразии ее определений.

Хрестоматийное марксистское положение о том, что труд создал человека, которое стало общей фразой и произносится часто с ироническим оттенком, – ведь труд и изуродовал человека – Ильенков принимал вполне всерьез. Он считал, что это не только общее место марксистской теории, но и важнейшее методологическое положение, которое может и должно быть и теоретической, и практической базой педагогики. Вот почему Ильенков такое огромное внимание уделял работе известных советских психологов и педагогов И.А. Соколянского и А.И. Мещерякова по воспитанию и обучению слепоглухонемых детей, которая строилась на основе марксистской методологии, на основе организации прежде всего практической деятельности с человеческими вещами и в человеческом мире.

Будучи по внешнему виду человеком вагнеровского типа, мыслителем-затворником, колдующим над своими склянками и ретортами, Ильенков был натурой страстной, увлекающейся, т.е. вполне фаустовской. Слабое здоровье не всегда позволяло ему находиться в гуще жизни и борьбы, но душой он всегда был там: его волновали, а порой и очень огорчали все значительные события и в общественной, и в политической, и в научной сфере. Как бы ни был он предан науке, его влекли к себе с неодолимой силой жизнь и борьба. Видимо, так и должно [62] происходить со всякой действительно высокой наукой: она уходит своими корнями в жизнь, а ее крона открыта всем бурям современности.

Кто знал его лично и наблюдал в различной обстановке, тот мог бы легко заметить, что основную часть времени он проводил в хлопотах, далеких от философии в ее обычном понимании. Он мало писал, и литературное наследство его не так уж велико, если то, что осталось, исчислять в авторских или учетно-издательских листах. Но ни одну страницу из того, что было им написано, нельзя назвать ремесленной поделкой. Он писал только тогда, когда чувствовал в этом абсолютную внутреннюю необходимость, и только то, что выношено и выстрадано. Ни в едином слове он не слукавил. В этом его не могут упрекнуть даже его идейные и теоретические противники.

В последнее время имя Ильенкова стало мелькать на страницах печати. В прошлом году писатель В. Кожинов на страницах «Литературной газеты» вспомнил о том, что он во второй половине 50‑х годов входил в своего рода кружок, душой которого был Э. Ильенков. «В этом кружке встречались разные люди – Ю. Давыдов, С. Бочаров, Гачев, Палиевский, Пажитнов, Карякин, эмигрировавшие позднее А. Зиновьев и Шрагин и т.д.». Это были разные люди, которые шли вместе только до тех пор, пока не погасло общее для всех солнце. А когда оно погасло, каждый стал для себя зажигать свой собственный маленький светильничек. Но, как сказал поэт, «в годину смуты и разврата не осудите братья брата».

«В трудах Ильенкова... нет ни следа дурной уникальности или сомнительной претензии на безусловно новое, нет ничего похожего на погоню за философской модой. Все это было чуждо, можно даже сказать, ненавистно ему, хотя он также имел за спиной недавно прожитую молодость, отвращение к догматизму, знакомство с многообразными философскими и эстетическими взглядами, существующими в современном мире». Так писал о нем в предисловии к его книге «Искусство и коммунистический идеал» (Москва, 1984) М.А. Лифшиц. Кстати, в приложении к этой книге дана самая полная библиография работ Ильенкова. Поэтому, как сказал Джон Толанд в своей автоэпитафии, остальное ищи в моих сочинениях.

_________________

"Нельзя вполне понять «Капитала» Маркса и особенно его I главы, не проштудировав и не поняв всей Логики Гегеля. Следовательно, никто из марксистов не понял Маркса 1/2 века спустя!!" В. И. Ленин.

 

 

 

 

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 7:22 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Учитесь КОРОТКО излагать свои мысли! Краткость - сестра таланта!

 

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 7:38 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

 

Цитата:

Учитесь КОРОТКО излагать свои мысли! Краткость - сестра таланта!

 

Объясните мне коротко теоретическую часть "сопромата"(сопротивление материалов) или синтетическую теорию эволюции. Прошу.

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

  

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 7:54 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Племянник Рамо писал(а):

Объясните мне коротко теоретическую часть "сопромата"

 

Там формулы, а у вас ни единой формулы нет. Если речь идёт о гуманитарной науке, то коротко излагать тоже можно. Сформулируйте, пожалуйста, в одном предложении самую основную мысль обсуждаемого деятеля, а то мне весь ваш СПАМ разгребать неохота!

 

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 8:13 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

 

Цитата:

Там формулы

Где в теории эволюции формулы?

 

Цитата:

Если речь идёт о гуманитарной науке, то коротко излагать тоже можно.

Изложите мне теорию психоанализа. Коротко.

Цитата:

Сформулируйте, пожалуйста, в одном предложении самую основную мысль обсуждаемого деятеля

 

Сущность человека это совокупность общественных отношений.

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 8:25 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Племянник Рамо писал(а):

Сущность человека это совокупность общественных отношений.

Бессодержательное утверждение.

Племянник Рамо писал(а):

Изложите мне теорию психоанализа. Коротко.

Шарлатанство.

  

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Чт мар 20, 2008 8:30 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

Где в теории эволюции формулы?

 

Цитата:

Бессодержательное утверждение.

Почему?

 

Цитата:

Шарлатанство.

А доказать. Слабо?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 5:11 pm 

 

Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Племянник Рамо писал(а):

Где в теории эволюции формулы?

В естественной науке формулы найдутся всегда. Но дело даже не в этом! ОБЩУЮ сущность теории эволюции запросто можно сформулировать в одном предложении, но это не по теме, поэтому подробно на этом остонавливаться не буду. Сформулируй в одном предложении ГЛАВНУЮ мысль обсуждаемого автора. Чем он отличается от ему подобных авторов? Тоже, желательно, в одном предложении. Пока что я замечаю, что ты старательно УТАИВАЕШЬ, чем тебе этот автор понравился!

 

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 5:19 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Цитата:

Бессодержательное утверждение.

Почему?

Цитата:

Шарлатанство.

А доказать.

 

Цитата:

В естественной науке формулы найдутся всегда.

Для каких целей?

 

Цитата:

ОБЩУЮ сущность теории эволюции запросто можно сформулировать в одном предложении, но это не по теме

Ну что вам трудно в одном предложении изложить эту сущность? А мы посмотрим.

 

Цитата:

Сформулируй в одном предложении ГЛАВНУЮ мысль обсуждаемого автора.

Чтобы индивиду вида хомо сапиенс стать человеком ему необходимо воспроизвести в своем индивидуальном развитии определенные общественно выработанные способы "восприятия" действительности. Иначе он не будет развиваться. То есть его источник психики записан не в его индивидуальном, биологическом теле, а в теле культуры, в теле совокупной коллективной деятельности человечества. И как раз этот психологический механизм интериоризации, вращивания, усвоения этого общественного опыта заключающегося изначально в предметно-практической деятельности, делает из беспомощного новорожденного индивида, Человека, Личность с исторически равитым ощущением, восприятием, мышлением, вниманием, памятью, воображением и т.д.

А вообще мыслей у него много и по теории познания, и психологии, и по воспитания слепоглухонемых детей и т.д.

одним словом, марш сюда

http://caute.edu.mhost.ru/ilyenkov/

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

  Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 5:29 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Племянник Рамо писал(а):

Цитата:

Бессодержательное утверждение.

Почему?

Цитата:

Шарлатанство.

А доказать.

Цитата:

В естественной науке формулы найдутся всегда.

Для каких целей?

Цитата: ОБЩУЮ сущность теории эволюции запросто можно сформулировать в одном предложении, но это не по теме

Ну что вам трудно в одном предложении изложить эту сущность? А мы посмотрим.

Это всё не по теме! Давай вернёмся к обсуждаемому вопросу!

Племянник Рамо писал(а):

Цитата:

Сформулируй в одном предложении ГЛАВНУЮ мысль обсуждаемого автора.

Чтобы индивиду вида хомо сапиенс стать человеком ему необходимо воспроизвести в своем индивидуальном развитии определенные общественно выработанные способы "восприятия" действительности. Иначе он не будет развиваться. То есть его источник психики записан не в его индивидуальном, биологическом теле, а в теле культуры, в теле совокупной коллективной деятельности человечества. И как раз этот психологический механизм интериоризации, вращивания, усвоения этого общественного опыта заключающегося изначально в предметно-практической деятельности, делает из беспомощного новорожденного индивида, Человека, Личность с исторически равитым ощущением, восприятием, мышлением, вниманием, памятью, воображением и т.д.

 

Это _ЕГО_ мысль? Если он это приписывал себе, то с его стороны это было плагиатом! Повторяю вопрос:

Белокнижник писал(а):

Чем он отличается от ему подобных авторов?

 

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 5:37 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

Ну как это не по теме? Очень даже по теме. Особенно про "бессодержательность".

Попрошу ответить.

Цитата:

Бессодержательное утверждение.

Почему?

Цитата:

Шарлатанство.

А доказать.

Цитата:

В естественной науке формулы найдутся всегда.

Для каких целей?

Цитата:

ОБЩУЮ сущность теории эволюции запросто можно сформулировать в одном предложении, но это не по теме

Ну что вам трудно в одном предложении изложить эту сущность? А мы посмотрим.

Цитата:

то с его стороны это было плагиатом!

О! А это уже интересненько. Ну-ка, что-за плагиат?

________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

  

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 6:21 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Чем обсуждаемый автор отличается от ему подобных авторов? Тоже, желательно, в одном предложении. Пока что я замечаю, что ты старательно УТАИВАЕШЬ, чем тебе этот автор понравился!

  

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 6:30 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

А отвечать за свои слова кто будет? Дядя Степа?

В чем бессодержательна вот эта мысль "сущность человека это совокупность общественных отношений"?

И где вы нашли плагиат, у кого Ильенков содрал мысль?

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 6:34 pm 

Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Говори по теме! Чем обсуждаемый автор отличается от ему подобных авторов? Тоже, желательно, в одном предложении. Пока что я замечаю, что ты старательно УТАИВАЕШЬ, чем тебе этот автор понравился!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 6:38 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

Говорю по теме.

В чем бессодержательность вот этой мысли "сущность человека это совокупность общественных отношений"?

И где вы нашли плагиат, у кого Ильенков содрал мысль?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

Белокнижник   Заголовок сообщения: Добавлено: Сб мар 22, 2008 7:00 pm 

 Зарегистрирован: Пн янв 07, 2008 8:36 pm

Сообщений: 111  Племянник Рамо писал(а):

Чтобы индивиду вида хомо сапиенс стать человеком ему необходимо воспроизвести в своем индивидуальном развитии определенные общественно выработанные способы "восприятия" действительности. Иначе он не будет развиваться. То есть его источник психики записан не в его индивидуальном, биологическом теле, а в теле культуры, в теле совокупной коллективной деятельности человечества. И как раз этот психологический механизм интериоризации, вращивания, усвоения этого общественного опыта заключающегося изначально в предметно-практической деятельности, делает из беспомощного новорожденного индивида, Человека, Личность с исторически равитым ощущением, восприятием, мышлением, вниманием, памятью, воображением и т.д.

 

Племянник Рамо писал(а):

И где вы нашли плагиат, у кого Ильенков содрал мысль?

    У дяди Васи и тёти Маши.

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Пн мар 24, 2008 10:05 am 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Белокнижник

Цитата:

У дяди Васи и тёти Маши.

Еще один слив засчитан.   

Школьничек, Вас еще нельзя перводить даже в седьмой класс.

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

  Публицист   Заголовок сообщения: Добавлено: Вт мар 25, 2008 9:15 pm 

Зарегистрирован: Чт мар 01, 2007 7:30 pm

Сообщений: 94

Откуда: Екатеринбург  СТРАСТЬ …К ДЕФИНИЦИИ!

 

Итак, жажда ДЕФИНИЦИИ (definitio) налицо.

Это – ни хорошо, ни плохо…

Но именно она – яблоко раздора между Ильенковцем и Белокнижником.

Как всем нам быть?!

…Поскольку жажда дефиниций – это «ничего хорошего», то прав Ильенковец.

А поскольку в жажде этой нет и «ничего плохого», то прав и Белокнижник.

Вообще-то, их обмен любезностями – это ПРОДОЛЖЕНИЕ того самого процесса «Советской официальной философии», которая, по принципу: «либо «левое»…УХО; либо «правая»… ПЯТКА», решала все свои проблемы. В том числе и вот эту!

В итоге Советский ПАРТКОМ (истинный источник её «вдохновения»!) своей стальной десницей (= партийной дисциплиной) уверенно «вел» ВСЮ СТРАНУ – между «Сциллой» и «Харибдой» нашей жизни. А именно: а) дефиниция должна быть «бессмысленной», а б) мысль должна быть не-определенной, дву-смысленной или уж, на худой конец, «молчаливой», учил он. Иначе – нарвешься на…УСТАВ!

Так и был «ухайдакан» Советский Союз…

В порядке «партийной дисциплины». Этим самым Советским ПАРТКОМОМ.

Но… Вот в чем дело: «вне нас» - парткома уже нет. А «в нас» - он живет и процветает! Как? А, примерно, так, как в этой, вот, полемике…

В её, чисто сов-парткомовской, «логической культуре».

Вот почему каждый из оппонентов вполне-вполне прав по отношению к ДРУГОМУ. Но далеко-далеко не полностью прав в отношении СЕБЯ САМОГО.

…Так, а по предмету-то спора? Что здесь можно сказать?

Думается, так: лично Ильенков (и ряд других аналогичных персон) занимались наукой, теорией познания, человековедением, историей философии и Историей КПСС и логикой – ВНЕ ЭТОГО «ПАРТИЙНОГО КАНОНА». И потому-то избежали всех тех, якобы «марксистских», кривляний, каковых партком этот требовал (и требует до сих пор!) от всех от нас.

С их (и его) точки зрения: ДЕФИНИЦИЯ… РАДИ МЫСЛИ, а не ДЕФИНИЦИЯ – ВМЕСТО… МЫСЛИ!!! (Самый настоящий… АНТИ-СОВЕТИЗМ…).

Если уж нельзя, то пусть будет наименьшее из зол, а именно: пусть будет МЫСЛЬ… ВМЕСТО ДЕФИНИЦИЙ.

То есть, «умное молчание»! (Как учил, например, Дионисий Ареопагит…).

 

Относительно же запроса «на Ильенкова» в дискуссии Ильенковца и Белокнижника, скажем так: суть «данного автора» можно было-бы «исчерпать» такой, вот, «дефиницией» - МЫСЛИТ НЕ МОЗГ, а МЫСЛИТ – ЧЕЛОВЕК, ПРИ ПОЩИ МОЗГА.

Тем более, что «дефиницию» эту он сам же и сформулировал.

За неё же и умер…

 

Алексей КАЗАКОВ,

Член рабочего философского клуба

им. Иосифа ДИЦГЕНА (с 1989 г.)

г. Екатеринбург.

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Добавлено: Вт мар 25, 2008 10:04 pm 

 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  Публицист

Я удивлен, что Вы, обратили внимание на нашу перепалку с нацистом. Это простое дурачество. Здесь присутствует несерьезная, легкая игра с котенком, не более.

Что касается дефиниций, то сам Ильенков считал что прежде чем начинать какую-либо дискуссию, необходимо условиться о понятиях, которыми будут пользоваться. Вспоминается его критика тех математиков, которые не понимали, наполненные филосфской традицией, категории "количества" и "качества". И в следствии чего делали неправильные выводы по некоторым важным вопросам теории познания.

 

Цитата:

суть «данного автора» можно было-бы «исчерпать» такой, вот, «дефиницией» - МЫСЛИТ НЕ МОЗГ, а МЫСЛИТ – ЧЕЛОВЕК, ПРИ ПОЩИ МОЗГА.

Тем более, что «дефиницию» эту он сам же и сформулировал.

Это не совсем так. Этот тезис, один из первых, сформулировал наш выдающийся психолог и философ С.Л.Рубинштейн. Также на него часто указывал и А.Н.Леонтьев.

Кстати, как бы Вы раскрыли содержание этого тезиса?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

 

  65536   Заголовок сообщения: Re:Добавлено: Пт июн 13, 2008 7:19 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Белокнижник писал(а):

Чем обсуждаемый автор отличается от ему подобных авторов? Тоже, желательно, в одном предложении. Пока что я замечаю, что ты старательно УТАИВАЕШЬ, чем тебе этот автор понравился!

Племянник Рамо, действительно, почему Вы не хотите ответить антикоммунисту, чем Ильенков отличается от ему подобных авторов?

В приведённом Вами сайте сказано, что его выгнали из МГУ, не скажете за что?

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

  Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Пн июн 16, 2008 8:28 am 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536

Цитата:

чем Ильенков отличается от ему подобных авторов?

Об этом вся эта ветка.

Цитата:

В приведённом Вами сайте сказано, что его выгнали из МГУ, не скажете за что?

За так называемую "гегельянщину" и борьбу против догматического, вульгарного марксизма(читай позитивизм с набором марксистких фраз).

Где-то в середине 50‑х годов Эвальд Ильенков и еще один отчаянный фронтовик, Валентин Коровиков, выступили с простыми и ясными, как им казалось, идеями, нет ни «диамата», ни «истмата», а есть материалистическая диалектика и материалистическое понимание истории. Эти идеи и сейчас, в годы перестройки, никак не выйдут из эмбрионального состояния, а в то время выступление с чем-то подобным было равносильно самоубийству. «Куда они нас зовут, Ильенков и Коровиков? – заявил тогдашний декан философского факультета профессор В.С. Молодцов. – Они зовут нас в душную сферу мышления». Уже только по одному этому замечанию можно судить о тогдашнем состоянии нашей философии. После этого два друга вынуждены были уйти с философского факультета МГУ, один вообще из философии – это ныне известный корреспондент «Правды» В. Коровиков, – другой в академический институт.

В центре внимания Ильенкова всегда находились проблемы познания, проблемы диалектической логики, понятой как наиболее общая и конкретная теория мышления. Многим в 50‑х годах это казалось (а некоторым кажется до сих пор) отступлением от марксистской ортодоксии, согласно которой материальное бытие первично, а мышление только вторично. Эту основную истину всякого материализма Ильенков никогда не забывал. Но он также отдавал себе ясный отчет в том, что никакая философия не может охватить собой все материальное бытие, всю природу и всю общественную жизнь, – здесь ее уже давно потеснили многочисленные специальные науки. Можно, конечно, продолжать спорить о том, что же из состава материального бытия осталось на долю философии, за исключением того, что взяли себе физика, химия, биология, космология и т.д. Но то, что мышление, его основные формы и законы были и остаются предметом философии, – это совершенно бесспорно. И здесь, как говорится, работы непочатый край. Что же касается материального бытия, самой объективной реальности, то основные мыслительные формы и есть формы самой реальности, так сказать, в снятом виде они, как определял их Ильенков, объективные формы [59] субъективной человеческой деятельности. Именно такой подход, считал он, обеспечивает неразрывное единство диалектики, логики и теории познания марксизма, за которое ратовал В.И. Ленин. Адекватная постановка проблемы состоит не в том, чтобы отделить мышление от материального бытия или, наоборот, материальное бытие от мышления, а в том, чтобы соединить то и другое, показать «посюсторонность» мышления, доказать, что оно не трансцендентно бытию, а имманентно ему.

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/biog/marejev0.html

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Ср июл 02, 2008 6:27 pm 

 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

65536

Цитата:

чем Ильенков отличается от ему подобных авторов?

Об этом вся эта ветка.

Я прочёл ветку, но так и не понял, чем именно. То, что Вы написали, это всё верно, но и абсолютно бессодержательно, точно так же, как если бы Вы написадли " 0 = 0 ". Это тоже абсолютно верно, но абсолютно бессодержательно.

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Ср июл 02, 2008 7:30 pm 

 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

Я прочёл ветку, но так и не понял, чем именно.

 

Давайте так, Вы назовете этих " ему подобных авторов", а я Вам расскажу чем Ильенков от них отличается.

______________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

  

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Чт июл 03, 2008 6:13 pm  

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

Давайте так, Вы назовете этих " ему подобных авторов", а я Вам расскажу чем Ильенков от них отличается.

 

На мой взгляд, абсолютно любой болтун "левой" ориентации является ему подобным. На Ваш взгляд, ему подобны другие "великие философы". Если Вы действительно считаете, что Ильенков оригинально мыслит, то напишите, пожалуйста, чем он отличается от, на Ваш взгляд, другого "великого философа".

 

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Чт июл 10, 2008 12:07 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Хорошо, вот вкратце его заслуги в развитии философии и психологии:

1.Борьба против догматического марксизма и позитивизма

2.Раскрытие тайны философии Спинозы для психологии, решение вопроса картезианского дуализма(проблема мыслящего тела).

3.Детальная разработка метода восхождения от абстрактного к конкретному в научно-теоретическом познании( в частности на его основе будет строится психология и методология развивающего обучения по системе Эльконина-Давыдова)

4.Разработка диалектики "Капитала", как веобщего метода мышления.

5.Возрождение проблематки(и ее решения) идеального. Ильенков единственный в двадцатом веке разработал концепцию идеального со времен Платона, Гегеля и Маркса.

6.Последовательное отстаивание идеалов классической философии - Красоты, Добра, Истины, Разума.

7.Огромный вклад в школьную теоретическую педагогику.

8. И одно из самых главных. Организация и развитие метода воспитания слепоглухих детей. Только марксисткий метод культурно-исторической психологии смог разгадать тайну зарождения психики у слепоглухих от рождения детей. Ильенков принял самое непосредственное участие в этом эксперименте(сам работал со слепоглухими) и стал его теоретическим рупором.

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Вс июл 13, 2008 5:44 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

Борьба против догматического марксизма и позитивизма

Перевожу: "Кое с кем кое в чём был не согласен". С кем и в чём он был не согласен?

Племянник Рамо писал(а):

Раскрытие тайны философии Спинозы для психологии, решение вопроса картезианского дуализма(проблема мыслящего тела).

Перевожу: "Написал комментарии к Спинозе". Что именно он написал?

 

Племянник Рамо писал(а):

Детальная разработка метода восхождения от абстрактного к конкретному в научно-теоретическом познании

В чём состоит этот метод?

Племянник Рамо писал(а):

Разработка диалектики "Капитала", как всеобщего метода мышления.

Перевожу: "Написал комментарии к «Капиталу»". Какие именно комментарии?

Племянник Рамо писал(а):

разработал концепцию идеального

В чём состоит эта концепция?

Племянник Рамо писал(а):

Последовательное отстаивание идеалов классической философии - Красоты, Добра, Истины, Разума.

Вот это "отстаивать" все горазды. В чём особенность именно его "отстаиваний"?

Племянник Рамо писал(а):

Огромный вклад в школьную теоретическую педагогику.

Что именно он вложил?

Племянник Рамо писал(а):

Организация и развитие метода воспитания слепоглухих детей. Только марксисткий метод культурно-исторической психологии смог разгадать тайну зарождения психики у слепоглухих от рождения детей. Ильенков принял самое непосредственное участие в этом эксперименте(сам работал со слепоглухими) и стал его теоретическим рупором.

 

Это не относится к теме "...судьбы марксизма". К тому же Вы опять отвечаете уклончиво. Что именно разработал именно он (а не другие люди) и чего не было до него? Вот здесь сказано, что работал не он, а он только оценивал работу:

http://slovari.yandex.ru/dict/psychlex1 ... 1-0252.htm

История психологии в лицах: персоналии писал(а):

Такова, например, оценка Ильенковым результатов эксперимента коллектива И.А. Соколянского — А.И. Мещерякова по формированию психики слепоглухонемых детей в Загорском детском доме, который он считал "испытательным полигоном" для общественных наук

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Пн июл 14, 2008 7:36 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

С кем и в чём он был не согласен?

С официальным советским догматическим марксизмом. В частности как трактовался предмет и назначение философии. По сути это была борьба с позитивизмом.

Цитата:

"Написал комментарии к Спинозе". Что именно он написал?

В свое время Гегель заметил, что философия Спинозы очень проста и в целом ее легко понять. В самом деле, принципы мышления Спинозы, заключающие в себе существенное начало всякого философствования, то есть подлинный фундамент, на котором только и можно выстроить здание философии как науки, гениальны именно своей кристальной ясностью, чуждой всяких оговорок и двусмысленностей.

Однако выявить эти гениальные принципы не так легко, ибо они одеты в прочную броню формально-логических, дедуктивно-математических построений, составляющих «скорлупу» системы Спинозы, ее, так сказать, защитный панцирь. Иначе говоря, действительная логика мышления Спинозы отнюдь не совпадает с формальной логикой следования его «аксиом», «теорем», «схолий» и их доказательств.

«Даже у философов, которые придали своим работам систематическую форму, как, например, у Спинозы, действительное внутреннее строение его системы совершенно отлично... от формы, в которой он ее сознательно представил» – писал К. Маркс.

В истории психологии давно мусируется декартовский вопрос о сотношении души и тела, психики и мозга и т.д. но Спиноза нашел простой ответ на этот сложный вопрос. И это было подтверждено практикой психологии на основе деятельнсотного подходы, а еще шире на основен культурно-исторической психологии. Огромный вклад в это понимание сделал наш выдающийся физиолог Н.А.Бернштейн на примере физиологии движения.

Итак, Спиноза находит очень простое, и в своей простоте гениальное, – не только для его «темного» века, но и для нашего, просвещенного – решение: проблема неразрешима только потому, что она ложно поставлена. Не надо ломать голову над тем, как господь бог «соединяет» в один комплекс душу (мышление) и тело, представленные изначально (и по определению) как разные и даже противоположные, существующие якобы до акта такого «соединения», порознь друг от друга. (И, стало быть, могущие существовать и после их «разъединения», а это лишь другая формулировка тезиса о бессмертии души – одного из краеугольных камней христианской теологии и этики.) На самом деле такого положения попросту нет; потому нет и проблемы «соединения», «согласования».

Есть не два разных и изначально противоположных предмета исследования – тело и мышление, – а всего-навсего один-единственный предмет – мыслящее тело живого, реального человека, лишь рассматриваемое под двумя разными и даже противоположными аспектами или углами зрения. Живой, реальный мыслящий человек – единственное мыслящее тело, с которым мы знакомы, – не состоит из двух декартовских половинок – из «лишенного тела мышления» и из «лишенного мышления тела». По отношению к реальному человеку и то и другое – одинаково ложные абстракции. А из двух одинаково ложных абстракций уж конечно не слепишь реального мыслящего человека...

В этом и заключается подлинный «краеугольный камень» всей системы, очень простая истина, которую в целом легко понять.

Мыслит не особая душа, вселяемая богом в человеческое тело как во временное жилище (и непосредственно, как учил Декарт, в пространство «шишковидной железы» мозга), а самое тело человека. Мышление – такое же свойство, такой же способ существования тела, как и его протяженность, то есть как его пространственная конфигурация и положение среди других тел.

Простым оборотом мысли Спиноза разрубает гордиев узел «психофизической проблемы», до сих пор мучающей своей мистической неразрешимостью массу теоретиков и школ в философии, психологии, физиологии высшей нервной деятельности и прочих смежных науках, вынужденных так или иначе касаться деликатной темы отношения мысли к телу, духовного к материальному, идеального к реальному и тому подобных сюжетов.

Так что же такое мышление? Как найти верный ответ на этот вопрос, то есть дать научное определение данному понятию, а не просто перечислить все те действия, которые мы объединяем по привычке под этим названием, – «рассуждение, волю, фантазию, и т.д.», – как сделал Декарт? Из позиции Спинозы вытекает одна совершенно четкая рекомендация: если мышление – способ действия мыслящего тела, то для того, чтобы определить мышление, мы и должны тщательно исследовать способ действий мыслящего тела в отличие от способа действий (от способа существования и движения) тела немыслящего. И ни в коем случае – не структуру или пространственное строение этого тела в бездействующем состоянии. Ибо мыслящее тело, когда оно бездействует, уже не есть мыслящее тело, тогда оно просто «тело».

Исследование тех материальных (пространственно-определенных) механизмов, с помощью которых осуществляется мышление внутри человеческого тела, то есть анатомо-физиологическое изучение мозга, разумеется, интереснейший научный вопрос, но и самый полный ответ на него не имеет никакого отношения к ответу на прямо поставленный вопрос: «что такое мышление?» Ибо тут спрашивают совсем о другом. Спрашивают не о том, как устроены ноги, способные ходить, а о том, что такое ходьба. Что такое мышление как действие, хотя и неотделимое от материальных механизмов, с помощью коих оно осуществляется, но вовсе не тождественное самим этим механизмам? В одном случае спрашивают об устройстве органа, а в другом – о той функции, которую он выполняет. Разумеется, «устройство» должно быть таково, чтобы оно могло осуществлять соответствующую функцию: ноги устроены так, чтобы могли ходить, но не так, чтобы они могли мыслить. Однако самое полное описание структуры органа, то есть описание его в бездействующем состоянии, не имеет никакого права выдавать себя за хотя бы приблизительное описание той функции, которую он выполняет, за описание того реального дела, которое он делает.

(Как это ни странно, но по сей день, через триста лет после Спинозы, находятся люди, не понимающие этой простой разницы и пытающиеся создать логику – науку о мышлении – на основе и в результате изучения «структур мозга», «структур языка», «формальных структур научной теории» и тому подобных «структур», то есть фиксированных в пространстве анатомо-физиологических, лингвистических, формально-логических или психологических условий и предпосылок процесса мышления или же его также пространственно-фиксированных результатов. Сам же процесс мышления, или «мышление как таковое», как процесс, протекающий в определенных условиях и приходящий к определенным результатам, остается за пределами такого подхода.)

И заслуга Ильенкова заключается как раз в том, что он разглядел эту суть спинозовского решения психофизической проблемы. В конечном итоге процесс формирования, зарождение психики у слепоглухих детей будет идти именно в русле этих идей.

Цитата:

В чём состоит этот метод?

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/daik/index.html

Цитата:

"Написал комментарии к «Капиталу»". Какие именно комментарии?

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/pakmx.html

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/ ... skron.html

 

 

Цитата:

В чём состоит эта концепция?

Многие столетия понятие идеального культивировалось в идеалистической философии, но ему не находилось должного места в материалистических учениях. Э.В.Ильенков же показал, что идеальное внутренне присуще тому материализму, который последовательно опирается на диалектику. Идеальность есть характеристика вещественно зафиксированных (объективированных, овеществленных, опредмеченных) образов человеческой культуры, т.е. исторически сложившихся способов общественно-человеческой жизнедеятельности, противостоящих индивиду с его сознанием и волей как особая объективная действительность.

К идеальным образам культуры можно отнести, например, логические категории, нормы языка и бытовой культуры, законы государства, нравственные императивы, имеющие принудительное значение для сознания любого нормального человека и силу ограничивать его индивидуальные капризы. Внутри этих организованных всеобщих норм культуры формируется сознание каждого отдельного индивида, усваивающего их как законы собственной деятельности. Они усваиваются в ходе приобщения индивида к независимо от него сложившейся культуре. Идеальное - это аспект культуры.

По отношению к индивидуальному сознанию идеальное является такой же объективной реальностью, как горы и деревья, как собственное тело индивида. Сознание индивида определяется идеальными образами, в которых представлена культура как своеобразный итог общественно-исторической деятельности людей. Сознание индивида - функция идеального. Сознание возникает там, где индивид вынужден смотреть на самого себя как бы глазами всех других людей, там, где ему требуется умение подчинять свои влечения некоторому общему закону как проявлению идеального.

Еще: http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/enc/ideale.html

И спор Лифшица с Ильенковым по проблеме идеального:

http://www.gutov.ru/lifshitz/texts/real.htm

Цитата:

В чём особенность именно его "отстаиваний"?

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/iddl/index.html

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/iki/index.html

Цитата:

Что именно он вложил?

Э.В. Ильенков приводит убедительные соображения, свидетельствующие о том, что в ныне существующем виде школьное обучение тормозит развитие интеллекта учащихся.

Интеллектуальное развитие учащихся тормозится:

- во-первых, потому, потому, что школьное обучение ориентировано прежде всего на запоминание больших количеств логически слабо связанной информации, в лучшем случае, на формирование навыков решения стандартных задач;

- во-вторых, что еще более существенно, потому что практически все знания даются ученикам в готовом виде, не требующем интеллектуального напряжения для понимания. Как справедливо отмечает Э.В. Ильенков "Ученики получают готовые ответы на вопросы, которые они не задавали";

- в-третьих, потому, что школьное образования приучает мыслить оторванными от реальной жизни абстракциями. Самая важная логическая операция – восхождение от абстрактного к конкретному при этом игнорируется;

- в-четвертых, потому, что школьное обучение игнорирует собственные интересы учащихся. Поэтому-то школьная мудрость и отторгается учеником.

От полного отупения ученика спасают халатное отношение к учебным занятиям и реальная жизнь, бьющая ключом за порогом школы.

Э.В. Ильенков убедительно пишет о том, что ориентация на произвольное запоминание большого количества информации разрушает интеллект. Ибо при этом оказываются перегруженными и перестают работать специфически человеческие механизмы систематизации получаемого материала. Изучение материала превращается в выработку сложных условных рефлексов. Человек превращается в попугая, запоминающего поток слов без какого-либо их осмысления.

Ильенков говорил, что талантливы все. Этот тезис оперался на то положение, что человек как пишет Ильенков "на 100%, и даже не на 99%, а именно на 100, существо социальное. У него нет никаких врожденных форм психики, все формируется в процессе жизни в условиях исторически развитой культуры. И конечно одно из главных его заслуг это то, что он показал что у человека нет никаких мифических инстинктов.

http://www.caute.net.ru/ilyenkov/texts/sch/index.html

А вот что писал наш выдающийся психолог, создатель системы развивающего обучения В.В.Давыдов:"В экспериментальных и теоретических работах по психологии, проводимых в настоящее время моей научной лабораторией, широко используются различные положения Э.В.Ильенкова, относящиеся к психическому развитию человека, к развитию его сознания и воображения".

Цитата:

Это не относится к теме "...судьбы марксизма".

Еще как относится! Воспитанеие слепоглухих было построено на марксисткой идее предметной деятельности, как основы человеческой специфики и его психики.

Цитата:

Что именно разработал именно он (а не другие люди) и чего не было до него?

Например, он выявил наличие у слепоглухих детей внеречевого мышления, возникающего в процессе овладения ими простейшими действиями с предметами. "Здесь можно наблюдать, - говорил он, - как бы под "лупой времени" весь ход психического развития ребенка от нуля - до самых высоких уровней".

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Пн июл 14, 2008 8:16 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

Например, он выявил наличие у слепоглухих детей внеречевого мышления

Это есть у всех людей, не только у слепоглухих. Так что повторение всем известного утверждения - это никакая не заслуга. Всё остальное, что Вы написали - тоже станадартный набор ничего не значащих трескучих фраз.

Берите пример с авторов хотя бы вот этих статей:

http://yun.complife.ru/miscell/stupid.txt

http://yun.complife.ru/miscell/webdes.htm

http://lleo.aha.ru/arhive/fan2003/inosapiens.shtml

Это несколько не по теме, и я с авторами не во всём согласен, но это примеры того, как надо писать коротко, ясно и содержательно.

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Пн июл 14, 2008 8:29 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

Это есть у всех людей, не только у слепоглухих.

А Вы знаете что такое "внеречевое мышление"?

Сципион, это ты? Если нет, то диагноз на лицо.

________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Пн июл 14, 2008 8:42 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

А Вы знаете что такое "внеречевое мышление"?

Человек мыслит быстрее, чем говорит. Вот и ответ на ваш вапрос.

Племянник Рамо писал(а):

Сципион, это ты?

Вы имеете в виду участника форума, у которого под ником написано "Почётный провокатор"? Думаете, что все, кто с вами не согласен, это один и тот же человек? Если да, то диагноз налицо у вас - мания преследования.

 

_______________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

   

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Вт июл 15, 2008 7:41 am 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

Человек мыслит быстрее, чем говорит. Вот и ответ на ваш вапрос.

Дык а как можно научить слепоглухого мышлению, если он ничего не видит и не слышит?

Цитата:

Думаете, что все, кто с вами не согласен, это один и тот же человек?

Сципион, это ты, хватит увиливать. Это сразу видно по твоим туповатым сообщениям.

 

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Вт июл 15, 2008 8:19 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

Дык а как можно научить слепоглухого мышлению, если он ничего не видит и не слышит?

  Зато у него есть осязание. Как при такой глупости можно рассуждать про обучение слепоглухих?!

Племянник Рамо писал(а):

Сципион, это ты,

Клеветник, какие у тебя доказательства?! Что общего между мной и Сципионом?! Я так понял, только 1 сходство: мы оба сажаем тебя в лужу!

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Вт июл 15, 2008 8:35 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

Зато у него есть осязание.

ну как он с помощью осязаниия научается мышлению? а?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

 

 65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизмаДобавлено: Вт июл 15, 2008 9:01 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

65536,

Цитата:

Зато у него есть осязание.

ну как он с помощью осязаниия научается мышлению? а?

 

А как с помощью других органов чувств?

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Вт июл 15, 2008 9:06 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

А как с помощью других органов чувств?

С помощью речи и языка. А при осязании как?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:30 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

Дык а как можно научить слепоглухого мышлению, если он ничего не видит и не слышит?

65536 писал(а):

Зато у него есть осязание. Как при такой глупости можно рассуждать про обучение слепоглухих?!

Племянник Рамо писал(а):

ну как он с помощью осязаниия научается мышлению? а?

65536 писал(а):

А как с помощью других органов чувств?

Племянник Рамо писал(а):

С помощью речи и языка. А при осязании как?

Язык слепоглухих основан на различных комбинациях прикосновений пальцами к руке собеседника. Как при такой глупости и при таком дремучем невежестве можно рассуждать про воспитание слепоглухих?!

 

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:38 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

Язык слепоглухих основан на различных комбинациях прикосновений пальцами к руке собеседника.

А как слепоглухому объясняют этот язык прикосновений? Через осязание? Но ведь для того чтобы что-то объяснить посредством осязания уже должно что-то быт в голове, а у слепоглухого нет ничего. Как тогда это делают?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:43 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  Племянник Рамо писал(а):

65536,

Цитата:

Язык слепоглухих основан на различных комбинациях прикосновений пальцами к руке собеседника.

А как слепоглухому объясняют этот язык прикосновений? Через осязание? Но ведь для того чтобы что-то объяснить посредством осязания уже должно что-то быт в голове, а у слепоглухого нет ничего. Как тогда это делают?

     Твоя наивность просто феноменальная! А как глухому объясняют язык жестов? А как нормального учат русскому языку, если он никаких других языков не знает? Ребёнок просто наблюдает (доступным органом чувств), сообрражает и запоминает. Вот и всё.

 

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

  Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:49 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

А как глухому объясняют язык жестов?

Через зрение.

Цитата:

А как нормального учат русскому языку, если он никаких других языков не знает?

Через слух и зрение.

 

А как слепоглухой, если он от рождения напоминает растение?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

65536   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:50 pm 

 Зарегистрирован: Пт июн 13, 2008 6:39 pm

Сообщений: 82  На это я уже отвечал.

_________________

Краткость - сестра таланта! Болтовня - мать оппортунизма!

 

Племянник Рамо   Заголовок сообщения: Re: Ильенков и судьбы марксизма Добавлено: Чт июл 17, 2008 1:54 pm 

 Зарегистрирован: Пт ноя 11, 2005 11:20 am

Сообщений: 680  65536,

Цитата:

На это я уже отвечал.

 

как через осязание можно донести язык слепоглухому?

_________________

Человек – всегда лишь попытка стать человеком.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



« показать за последнее время
« показать за Июль 2008-го года (всего 4)


Архив
За 2011 год: Март[2] , Май[1] , Ноябрь[1]
За 2010 год: Январь[3] , Июль[1]
За 2009 год: Апрель[1] , Июль[3] , Сентябрь[1] , Декабрь[1]
За 2008 год: Июль[4] , Август[3] , Сентябрь[1]

Спецблок

Алексей КАЗАКОВ. "П Л А Ч" ПО Ф. ЭНГЕЛЬСУ.

Вы услышьте, мы вам повторим

Поговорим о СПИДЕ

Уж прошло 140 лет… а ума всё нет и нет!

«УМ - ТВОЙ ВОЖАТЫЙ!»

МЕТОДИЧЕСКАЯ ДУБИНА 

ОТКУДА ЧТО ИСХОДИТ...

Общенациональная идейно-теоретическая дискуссия

На празднике знаний: кафедра против Сократа

2008 - О «МЕРТВЫХ ЗОНАХ»

Алексей Софиолог. Шамиль… Бесланов или тысяча лет – не срок!

Фиаско политологии

ПЕДАГОГИКА КАК СМЫСЛ ИЛИ МУДРОСТЬ

Август 2006 года 

 Какой социализм мы построили?

Между метафизикой "дурной" и "конкретной"

О ТОМ, КАК ЕЩЁ РАЗ ХОРОНИЛИ КАРЛА МАРКСА.


Маленькие  замечания

Монопольное государство.

Между доксой и софией

Настоящие демократы...кто они?

«Что вовремя в голову не придет - по голове стукнет"

«ВКУС К ТЕОРИИ» и ИДЕОЛОГИЯ ПЕРЕСТРОЙКИ.

 Вперед, к диалектической логике!

КТО ЖЕ ВОДИТ ХОРОВОДЫ ?
Тождество мышления и бытия как предмет философских размышлений Э. В. Ильенкова

Э.В.ИЛЬЕНКОВ И РУССКИЙ АКАДЕМИЗМ

Школа Ильенкова и его философия

Пути русского богословия